https://forumstatic.ru/files/0012/f0/65/31540.css https://forumstatic.ru/files/0012/f0/65/29435.css

Marauders: One hundred steps back

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: One hundred steps back » Прошлое - завершенные эпизоды » По техническим причинам


По техническим причинам

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

1. Участники: Люциус Малфой, Ксенофилиус Лавгуд.
2. Место: Министерство Магии, предположительно 4 и 8 уровень, далее кабина лифта.
3. Дата, время: 20 июля 1979 г., около десяти часов вечера.
4. Краткое описание: Скандалы, интриги, расследования… Что общего может быть у репортера газеты «Ежедневный пророк» и начальника бюро магического законодательства? Как знать, да и кому вообще мог прийти в голову такой вопрос. Ровно до тех пор, пока мистеру Малфою и мистеру Лавгуду не довелось провести некоторое время наедине. В буквальном смысле.

0

2

По гулким коридорам Министерства Магии торопливо шагал человек, чьи шаги эхом отскакивали от стен. Даже ненормированный рабочий день журналиста завершился некоторое время назад, а Ксенофилиус Лавгуд еще не добрался до дома. Асинхронно мерцающие огоньки света по периметру коридора сбивали юношу с ритмичного шага, заставляя переходить на почти танцевальные па: три шага вправо, два влево, и все лишь ради того, чтобы обойти очередную тень. Молодой человек по случаю хорошего настроения затеял салки с темнотой, разлитой по опустевшим помещениям этажа, стараясь не наступать в затененные квадраты пола. Проблемы у них тут, на четвертом уровне, с ночным освещением. Отдел магических происшествий и катастроф, наряду с остальными подразделениями Министерства расположенный в здании, Ксено посещал довольно часто не только по рабочим вопросам, но и забегая на пятиминутный огонек узнать последние новости. Отношения его с некоторыми «катастрофическими» работниками, чуть-чуть преувеличив, даже можно было назвать приятельскими.
Вот и нынешняя пятница не обошлась без визита двумя этажами выше. Обмен информацией между подразделениями Министерства Магии и газетой «Ежедневный пророк», курируемой вышеупомянутым органом государственного управления, не воспрещались и даже приветствовались руководством обоих структур. Разумеется, в тщательно выверенных количествах. Алфорд Барлоу, один из знакомых Ксенофилиусу чиновников, любезно сообщил журналисту пару полезных и море разливанное бесполезных фактов. Во всяком случае, новость о том, что в отделе, где работал Барлоу, уже третий раз за полгода меняется начальник, Ксено не особенно заинтересовала.
В течение дня, появляясь в родной редакции, маг еще пару раз в буквальном смысле слова забегал на четвертый этаж, итогом чего стала забытая в кабинете Алфорда дорожная мантия, неизвестно за каким крыксом прихваченная из дома утром. Обнаружилась потеря, естественно, только вечером, когда уставший, но довольный проделанной работой Лавгуд дописал статью и собрался уходить. С недавних пор юноша старался не брать домой незавершенных дел и заданий, предпочитая оставлять мысли о работе за порогом редакции. В большинстве случаев мне это даже удается. Можно было не возвращаться за верхней одеждой, если бы не оставленный в одном из ее карманов блокнот с важными записями, имеющими все шансы понадобиться завтрашним утром, которое Ксено намеревался начать не с прихода в «Пророк». Как любил повторять в подобных случаях декан Когтеврана, «… а палочку волшебную ты в башне не забыл?!».
Плохо освещенный коридор вывел юношу к лифтам. Вызвав какой-то из безумных министерских лифтов, Ксенофилиус перекинул мантию через плечо и нащупал в кармане кроме блокнота еще овальной формы сверток с загадочным содержимым. Мельком подумав о необходимости провести инвентаризацию собственной одежды, репортер услышал мелодичное позвякивание: подъемник прибыл. Молодой человек так торопился домой, что забыл даже об обыкновении пропускать несколько лифтов, а войдя внутрь, сразу обратил внимании на припозднившегося, как и он сам, работника Министерства, стоявшего ближе к правой стенке. Не разглядывая, кого случай назначил ему в недолгие попутчики, Ксено крепко взялся за специальный поручень, иным образом в своеобразных лифтах этого здания ездить было небезопасно.

+4

3

- Простите, вы мистер Малфой?
Нерешительный голос привлёк внимание упомянутого мистера Малфоя к приоткрытой двери, в которую просунулся лишь самый кончик носа, скрывая обладателя робкого голоска в тени той самой двери. Мистер Малфой поднял левую бровь. Судя по выжидательной тишине, это не могло послужить ответом на поставленный вопрос. Мистер Малфой поднял обе брови, затем нахмурил их, присовокупив грозный взгляд, преисполненный недовольства и нетерпения. Тишина и робкое покашливание. Мистер Малфой, а по совместительству хозяин данного кабинета, начальник бюро магического законодательства, в миру и между друзьями известный как просто Люциус, всерьёз задумался. А задумался он о допустимости и возможности использования заклинания Круцио как средства, вдохновляющего посетителей и просителей посещать и просить как можно быстрее, не отягощая его весьма занятую персону ненужными звуковыми эффектами и длительным ожиданием.
– А кто, собственно говоря, им интересуется?- будь на его месте кто другой, ответ вышел бы громче... Значительно громче, ибо не всякий начальник отличается терпением и терпимостью. Люциус же обошёлся просто повышенным уровнем надменности интонации и пониженным градусом температуры в голосе, приближённым к глобальному похолоданию и оледенению.
Вопрос вызвал серию дополнительных вздохов и покашливания, заставив тем самым заподозрить в любопытствующем либо наличие двух голов, либо же просто спутника. Настроения сей факт не прибавил. Дверь приоткрылась ещё на дюйм, затем и вовсе распахнулась, явив двух молоденьких особ в строгих мантиях нейтрального серого цвета и очках на тоненьких носиках. Каждая зажимала в руках по портфелю. Переглядываясь, а точнее, бросая друг на друга отчаянные взгляды и подталкивая друг дружку локтями, они просочились в кабинет, не решаясь подойти достаточно близко его столу.
- Нам нужна помощь!- сказала одна.
- Очень нужна! - тут же добавила другая.
Люциус нахмурился. Девицы походили на вчерашних выпускниц, возможно, только-только получивших место в Министерстве Магии. Какого же богарта они позабыли в его кабинете? Между тем взыграло и любопытство, ведь не самоубийцы же они, наверняка дело важное, раз решились потревожить лично его.
- И?- очень лаконично и по существу поторопил он их.
Девицы переглянулись ещё раз.
- Мы хотим пройти стажировку.
- У вас.
- Мы много слышали...
- Вы очень успешны...
- В таком возрасте занять высокий пост...
- Вы - талантливый волшебник...
- Все говорят...
- Вы могли бы многому научить нас!
- Мы из хороших семей!
Где-то на пятой реплике Люциус почувствовал, что сходит с ума. Глупо. Странно. Кто мог додуматься? Их подослали? Испытание Лорда? Аврорат подозревает? Мир сошёл с ума, а это просто его личный ад?
- Тихо! - хлопок ладонями по поверхности стола (и как некстати подвернулась эта кнопка, но имидж превыше всего, а посему никаких иных эмоций на лице) привлёк внимание и создал столь желанную тишину. Люциус вздохнул. Сосчитал до пяти. До десяти просто желания не было. Затем ответил стажёркам: опять кратко, но очень вежливо:
- Нет.
- Но почему?
- Мы же...
- Нет! - пресёк он второй акт спектакля в самом зародыше. - Я занят. - Это было допустимым объяснением. - Сильно занят. - На тот случай, если первое объяснение не дошло.
Девушки сникли. Новый обмен взглядами. Одна открыла рот, но холодный взгляд пресёк этот действо. И снова вздохи, шуршание мантий, едва слышный звук закрываемой двери.
Тишина была желанной. Уж что-что, а это Люциус Малфой действительно ценил. Впрочем, и тут быстрый взгляд на часы, скоро в этом здании станет действительно очень тихо. Глупые студентки отняли достаточно много времени, а он ещё не успел просмотреть отчёт помощника. Итак, нужная папка с бумагами и беглый взгляд по всей стопке с непонятной писаниной. Много-много писанины. Как выявить среди тонн словесного мусора то, что действительно важно? Как вдолбить в головы всех этих юных дарований, что его время ценится намного больше, нежели их жалкие попытки изобразить собственную значимость?

Он захлопнул кожаную папку и снова взглянул на часы. Поздно. На сегодня, пожалуй, всё. Убрать все важные документы в сейф, обновить охранные чары, теперь можно идти домой. Пустой коридор, вызов лифта. Шагнуть внутрь, нажать кнопку. Обычный день, обычная поездка на лифте. На человека, вошедшего в лифт парой этажей ниже, он практически не обратил внимания. Мало ли кто бывает в здании Министерства и с разными целями. И снова лифт плавно двинулся вниз. Точнее, почти двинулся. Звук, похожий на писк, лёгкий толчок и кабина лифта замерла. Свет мигнул, ещё раз. Люциус забеспокоился. Свет мигнул снова. Стало темно. Затем снова светло. Достать волшебную палочку, заподозрить некую ловушку, было делом нескольких секунд. Подозрительный взгляд на попутчика. Молод, видно сразу. Ещё один практикант? На местного не тянет, хотя кто их знает. Никаких вопросов, пусть сам себя раскрывает, решил Малфой. Но если это не он?

+5

4

Звуки явно нечеловеческого происхождения, еле различимые расслабленным слухом, игра света, несколько секунд ожидания продолжения движения – и кабина лифта остановилась. Вечер преподнес очередной сюрприз, не то чтобы ужасный, но и приятным его не назовешь. Ксенофилиус продолжал стоять на месте, по-прежнему держась за поручень все еще в надежде, что лифт передумает. Созданные для быстрого перемещения по этажам, они словно сопротивлялись прямому своему назначению, норовя устроить каверзу пассажирам. Магические лифты показывали характер, как упрямые лошадки или эльфы-пакостники.
Когда молодой человек все-таки понял, что так просто домой он сегодня не попадет, ситуация перестала напрягать. Мигающий свет слегка раздражал взгляд, а в целом паниковать или предпринимать что-либо не было смысла, по крайней мере, Ксено решил так. Его попутчик, мужчина представительного вида, похожий на чиновника высокого ранга, и скорее всего им являющийся, одарил журналиста внимательным взглядом, но не произнес ни слова. Природа этого взгляда осталась для Ксено загадкой. Впрочем, ломать голову над этим не было смысла, уж лучше бы придумать, как вернуть лифт в рабочее состояние. Лавгуд ни разу не слышал о том, чтобы лифты Министерства Магии серьезно ломались, зато неоднократно выслушивал жалобы того же Алфорда Барлоу на перебои в их работе, да и сам, бывало, сталкивался с этим. Молодой человек слегка поменял положение тела, прислонившись к стене. Отчасти это было продиктовано любопытством в отношении попутчика и попыткой разглядеть того в неверном свете – как раз наступил период просветления. Оба молчали. Тишина была для Ксено естественной средой: в ее заботливом окружении думалось легче, приходили в голову всяческие богатые идеи… Сейчас, однако, тишина не являлась абсолютной – где-то над головами мужчин тихо потрескивали осветительные приборы и раздавалось мерное гудение. Для разнообразия можно поговорить о чем-нибудь. Да или нет? Юноша решил не брать в расчет взгляд-занозу в свой адрес.
На вид мужчина был несколько старше Ксенофилиуса и казался знакомым ровно до той степени, как может быть знаком соученик по Хогвартсу с другого факультета и любой работник Министерства, с которым ты не сталкивался по служебной необходимости достаточно близко. То есть парень не знал или не помнил имени своего попутчика, но мог сталкиваться с ним в коридорах какого угодно этажа. Молодой человек слегка прокашлялся, перевел взгляд на потенциального собеседника и сказал:
Эм… Хороший вечер, не так ли?Отличное начало! Еще парочка любезностей про погоду или недавнее повышение цен на шкуру бумсланга – и разговор, считай, состоялся.
Атмосфера, прямо скажем, не располагала к приятной беседе, но Ксено неожиданно вспомнил последнее посещение больницы святого Мунго и знакомство с людьми, показавшими ему дорогу. Никогда не знаешь, где случится завести хорошее знакомство. Правда, облик соседа по несчастью настойчиво советовал не вторгаться на расстояние ближе двухсот метров, но этот факт также оказался нещадно проигнорирован.
Как вы думаете, что случилось с лифтом? – после минутного молчания репортер продолжил в том же духе. В конце концов, они были навязаны друг другу по воле случая (вряд ли по чьей-то злой задумке!), и могли предоставить неловкой тишине завладеть ситуацией, но можно было и более продуктивно провести время. Если считать минуты странного монолога не потраченными впустую.

+5

5

Приборы негромко гудели, намекая, что работать не отказываются, просто взяли небольшой тайм-аут. Свет гас и снова  разгорался, вызывая раздражение и острое желание дождаться хоть какой-нибудь стабильности. Тем временем писк повторился, на этот раз громче и пронзительней. Люциус навострил уши, пытаясь догадаться об истинной природе саботажника, вызвав в памяти школьные конспекты и классификацию самых пакостных магических существ. Не особо крупных размеров, но способных усложнить жизнь людям. Не его сфера деятельности, однако нужного специалиста поблизости не наблюдалось. Новая мысль: а что он знал о магических лифтах? Возможно, это просто поломка. Бывает же, что вещи просто ломаются, выведенные из строя временем, изнашиваются. Но вот это точно не к Люциусу, лорду Малфою.
Попутчик начал кашлять. Люциус перевёл взгляд на него, думая, уж не простыл ли тот, а то и вовсе болен некой тяжёлой и неизлечимой болезнью.
- Будьте здоровы,- на всякий случай сказал он, взглядом давая понять, что чихать не рекомендуется, а на поправку пойти лучше прямо сейчас. Степень тяжести и неизлечимости болезни его также не касалась.
Хороший вечер? Люциус предположил насмешку. Подумав, решил, что всё же можно посчитать это приветствием. Во всяком случае, это сильно сэкономит ему нервы и позволит не садиться в Азкабан. Свидетелей нет, но всё же... А впрочем, может, незнакомец имел в виду, что хороший вечер у него?
- Рад за вас,- решил исходить из третьего лорд Малфой, снова демонстрируя хорошее воспитание.
Свет разгорелся ярче, осветив кабину, и позволив разглядеть второго пассажира злополучного лифта во всей красе. Краса не впечатлила, ясно обрисовав социальное и материальное состояние нежелательного товарища по несчастью, повергнув лорда Малфоя в глубочайшее уныние, что и демонстрировало выражение крайнего недовольства на его лице.
Лифт не двигался, попутчик также оставался рядом, не желая проваливаться на месте. Люциус Малфой молчал, прикидывая, есть ли шанс попасть домой этим вечером, а не следующего дня. А также шансы на то, что более близкого знакомства с господином напротив него не состоится. Шансы скатились к нулю уже через минуту. Вопрос показался безобидным, Люциус решил отделаться общими фразами.
- Думаю, он сломался.
Ему казалось странным, что его сосед не сообразил это самостоятельно. Впрочем, недавнее знакомство с парочкой практиканток показало, насколько наивными могут быть люди. Вот только почему они решают озадачить своей наивностью его? Лицо собеседника являло интерес и ожидание. И снова Люциус прикинул шансы и альтернативы. Есть шанс, что лифт заработает через пять минут, они выйдут и можно будет забыть о пассажире номер два (номер один принадлежал лорду Малфою в любой ситуации). Есть шанс, что все уже ушли из здания, лифт сломался всерьёз и надолго, а заниматься ремонтом непонятных штуковин у Люциуса настроения не было от слова «совсем». Но раз так, то не воспользоваться ли тем, что подкинула судьба, то бишь, вот этим господином с мантией, переброшенной через плечо?
- Вы здесь работаете? – спросил он. – В Министерстве, - уточнил тут же Люциус, не зная, насколько буквально воспримет господин его вопрос. Дальше планировалось выяснить род деятельности попутчика.

+3

6

Ситуация по-прежнему не располагала к долговременному приятному знакомству, к тому же собеседник с невозмутимым видом совершенно очевидно давал понять, что беседа для него нежелательна. Нет, мужчина был вежлив, являл собой образец спокойствия, но и убийственной холодности, а в его интонациях отчетливо сквозила одна мысль: не трогайте меня, и мне не придется трогать вас. Все равно что он бы написал эти самые слова на табличке  и повесил себе на шею.
Ксенофилиус удивился пожеланию здоровья из уст попутчика. Я что, выгляжу больным? Надо будет дома спросить у Кэти. Самочувствие юноши было в полном порядке, и он вежливо ответил:
Благодарю вас.
Впрочем, продолжить странный разговор в духе чаепития с мартовским кроликом показалось даже интересным. Попробовать, кажется, впервые в жизни напроситься на диалог и провести его в нейтральном ключе, как разговаривают все нормальные люди, – а почему нет? Не азарт, но любопытство теперь двигало Лавгудом. Сосед по лифту же, однако, противореча своему респектабельному внешнему виду, прямо-таки кричащему об абсолютной нормальности и благополучии, продолжал отвечать страннее некуда. – Рад за вас. А так и не скажешь. Контраст между содержанием фразы и ее безэмоциональностью позабавил Ксено. Молодой человек решил не обращать внимания на причуды попутчика, и было собрался спросить о роде занятий мага, но тот опередил журналиста, даже зачем-то уточнив свой интерес. – Вы здесь работаете? В Министерстве. – Небольшая пауза оттенила важность уточнения, словно Ксенофилиус мог и не догадаться – где именно.
Нет, что вы. Я работаю в этом лифте, разгоняю мозговых шмыгунов, чтобы не тревожили посетителей, – хотелось ответить юноше. Однако положение с каждой минутой становилось все более захватывающим, Ксено уже не замечал мигающего освежения, гудящего непонятьчего, и не торопился домой. Ему позарез необходимо оказалось разгадать попутчика. Своеобразный зуд.
Я работаю в редакции «Ежедневного пророка» на втором уровне, – сказал Лавгуд. – Немного задержался, и вот попал в переплет вместе с вами. Как вы верно заметили, лифт, похоже, сломался, и в это время вряд ли стоит ждать быстрой помощи. – Парень перевел дух, рассеянно наблюдая за реакцией визави. Стоит представиться, или нет? Не раздумывая, он продолжил с легким кивком. – Не уверен, что вам это интересно знать… Меня зовут Ксенофилиус Лавгуд. – Неожиданно кабина дернулась, будто в попытке продолжить движение вниз, но тревога оказалась ложной. Репортер еще плотнее прислонился к стене, чтобы не упасть в случае повторной встряски, и продолжил. – Говорят, эти лифты живут своей жизнью. Их даже магическим воздействием не всегда можно привести в норму. – Тут Ксено начало казаться, что лицо собеседника постепенно приобретает страдальческое выражение, и он поспешил закончить тираду. – Но, наверное, все же есть смысл попытаться применить заклинание… Не Репаро точно – слишком сложный механизм. Двери тоже лучше не распечатывать, мало ли что.

+2

7

Свернутый текст

Прошу прощения, затянул ответ. Работа действительно вымотала.

Нет, конечно, и это даже порадовало. Парень оказался просто случайным гостем, не придётся видеть его часто. Почему Люциус подумал об этом? Нет, он не проникся мгновенной ненавистью к незнакомцу, не испугался неожиданному сообщению о профессии попутчика, хотя журналисты могли быть опасны. Умеют они развязывать языки, никакого Веритасерума не надо. Но это не имеет отношения к лорду Малфою, он прекрасно умеет владеть собой, своими мыслями, эмоциями. Умеет думать, прежде чем сказать опасное лишнее слово. И Люциус просто вежливо улыбнулся, кивнув, представился сам, назвав лишь имя и фамилию, и опустив должность. Ему было безразлично, знает ли мистер Лав... гуд? о том, кто он такой. Ну как не знать, Малфой это именно что не Лавгуд. Улыбка стала чуточку более искренней, было нечто забавное в этой фамилии. И в имени, ну никакого благородного звучания! Ну да, знать ему не интересно, восхищала его проницательность этого Ксенофилиуса.
Лифт дёрнулся, будто готовясь отправиться дальше, к поверхности, и надежда ожила, воспарила к небесам. А затем лифт замер вместе с надеждой. Нет, всё не так быстро, придётся пройти полную процедуру знакомства с неожиданным товарищем по несчастью. К слову о несчастье, и Люциус поморщился как от зубной боли. Послали же неведомые силы юного натуралиста. Неинтересно лорду Малфою слушать пространные рассуждения о таинственной непостижимой жизни магических лифтов. О размножении тем более, а ну мало ли что сейчас придёт в голову и сорвётся с языка оного натуралиста? Ожившая надежда затрепетала, безмолвно умоляя Ксенофилиуса не разворачивать более эту тему, ограничиться сказанным. Окклюменцией ли владел мистер Лавгуд или же действительно обладал редкой проницательностью, но тема была тут же скомкана и замята. Люциус подавил вздох облегчения.
- А вы умеете?- Поинтересовался он, в этом случае готовясь простить Лавгуду даже столь тяжкий грех, как его откровенно серый непрезентабельный вид. - В таком случае, не стесняйтесь, действуйте.
Сам он работать  не собирался, и точка. Правда, всё же перебрал в уме несколько подходящих случаю заклинаний. Небезопасных, вот в чём дополнительная незадача. При свидетелях не использовать, а иначе свидетели используют это против него самого.
А мистер журналист всё чего-то тянул, не спешил вызволять их из заточения. Неужели в самом деле ждал, что ему сейчас всё поднесут на блюдечке? Наивность, и Люциус позволил себе новую улыбку, не разжимая при этом губ.
- Ну же,- поощрил он, подкрепляя слова жестом ладони, небрежным движением указывая на двери, намертво сцеплённые между собой. Не может магией, пусть поработает руками. - Вам, как журналисту, стоило бы проявить больше старания. Иной раз не во вред побыть не наблюдателем, а непосредственным участником. Собственный героизм проявите, ведь вы спасёте сразу двоих, ваше начальство несомненно наградит вас.
Он вовремя поумерил иронию, голос звучал убийственно серьёзно и даже торжественно. А затем подумал, что ему сейчас предложат проявить героизм совместно, на пару, так сказать.

+2

8

Пояснение

Я не знаком с устройством лифтов, будь они маггловскими или магическими. Поэтому все описанное – сплошные домыслы :)
И, Люциус, я еще дольше тебя писал ;)

Имя капризом судьбы посланного Ксенофилиусу в товарищи по несчастью мужчины сначала ничего не сказало репортеру. Прозвучало мимолетной фразой в сломанном лифте, и все. Ну, Люциус Малфой, и ладно. Однако, обдумывая насущную проблему выхода из замкнутого пространства, Ксено вспомнил, кто таков его попутчик. Не абы кто, а начальник бюро магического законодательства, это вам не фунт шоколадных лягушек! Громкая фамилия, высокая должность, именитое и уважаемое семейство, вот почему у него такой ухоженный вид, это же не просто Малфой, а лорд Малфой. Молодой человек проникся уважением к чиновнику, вероятно, насторожившемуся, узнав о профессии соседа, ведь всем известно, как пронырливы и беспардонны журналисты, но не показавшему вида. Прекрасная выдержка. Ксено улыбнулся про себя, подумав, сколько проблем мог принести практически любой из его коллег, окажись на месте Лавгуда сейчас. А мистер Малфой держался спокойно, только неестественно ровным голосом давал указания – начальник, что поделать?
Ксено пожал плечами и подошел к дверям лифта. Внимательно осмотрев их сверху донизу, он резюмировал – пытаться открыть действительно не стоит. Ни разжимать руками, ни использовать магию. Для первого сил не хватит, второе может причинить еще больший вред, чем Лавгуд и Малфой имеют на данный момент. Повернувшись к мужчине, Ксено объявил:
Я не умею, и я не специалист. С дверьми ничего делать не буду – слишком опасно. Мистер Малфой, я оценил вашу иронию по достоинству, спасибо. – Он дружелюбно улыбнулся и продолжил. – Не ради гипотетической награды, а просто чтобы мы оба вернулись по домам раньше полуночи. – Здесь юноша вдруг сделал шутливый полупоклон в сторону чиновника, и добавил, – воспользовавшись вашим советом, перестаю стесняться и начинаю действовать. – В голову журналисту пришло единственное решение, к реализации которого он тут же и приступил. Сложив мантию и закатав рукава рубашки, Ксено задрал голову вверх, обратившись взглядом к вентиляционному люку. Оценил расстояние от поручня до люка, и порадовался своему высокому росту. Юноша не задумывался, что ему даст гимнастическое упражнение с риском для здоровья в качестве нагрузки, но и не собирался сидеть, сложа руки. Вон и попутчик намеки всяческие делает – как остаться равнодушным? Ксенофилиус еще прикинул, не стоит ли снять обувь, но отказался от этой идеи, как оскорбляющей честь и достоинство работников Министерства Магии, и приступил к задуманному. Он крепко взялся за поручень обеими руками, затем, примерившись, закинул одну ногу на металлическую конструкцию, уповая на ее прочность, и, перенеся вес тела с оставшейся пока на полу лифта ноги, подтянулся вверх. Таким образом, Ксено оказался стоящим двумя скользящими ногами на узком поручне, за который нормальные волшебники держатся вообще-то руками, опираясь о стену. Не позволяя себе думать о том, что в любой момент эта металлическая коробка может двинуться с места, не оглядываясь на мистера Малфоя, парень продвинулся чуть в сторону, чтобы оказаться как раз под решеткой люка, и, взявшись за выступ на нем, попробовал отодвинуть в сторону. Удивительно, но Лавгуду даже не пришлось прикладывать особенных усилий, словно он уже применил заклинание, чтобы облегчить себе задачу.
Я собираюсь попасть в шахту лифта, – на всякий случай озвучил Ксено свой план Люциусу Малфою. Наверняка тому неважно, что и как будет делать репортер, лишь бы что-нибудь изменилось наконец, но сам он чувствовал себя так увереннее. Без резких движений Ксено вытянул руки на максимально возможную длину, оставив себя без подстраховки, и быстро, пока не потерял равновесие, вытолкнул загородку на крышу пассажирской кабины, а сам частично высунулся наружу в ожидании увидеть много интересного.

+3

9

Журналист не повёлся на, скажем честно, откровенную провокацию, к вящему сожалению Люциуса. Сама ситуация была не из приятных, было бы неплохо немного развлечься, ну и что с того, что за чужой счёт. Впрочем, кто сказал, что на этом всё? Дальше всё шло как положено по закону жанра, парень полез на стенку... лифта, конечно. В самом прямом смысле из всех возможных. И даже не попросил подсадить, что порадовало дополнительно.
Разоблачение (опять же, буквально, а не как-либо иначе) прошло очень быстро. Парень сбросил мантию и приступил к физическим упражнениям. Хорошая форма - это хорошая форма. Поневоле мелькнула мысль, полез бы он сам в эту шахту лифта, будь тут один? Хвала неким высшим силам за небольшую милость. Люциус с интересом следил за телопродвижением Ксенофилиуса к новым высотам, не покорённым им ранее. Что-то подсказывало, что до сих пор Лавгуд не имел необходимости регулярно проделывать нечто подобное. Но, надо отдать должное, двигался он шустро, прирождённый лифтолаз.
- А что вы будете делать дальше? - Задал Люциус наводящий вопрос в ответ на озвученное пояснение продемонстрированных действий.
Осторожно (не хватало ещё, чтобы Лавгуд потерял равновесие, оступился и свалился прямо к нему на голову... или в руки, тоже та ещё радость) он приблизился и заглянул наверх. Проём был так себе, не слишком широк, да ещё перегорожен от обозрения самим Лавгудом. Кажется, там ещё и темно. Стало интересно, что мистер журналист там видит. Или кого. А вдруг там правда кто-то был? И воображение живо нарисовало ужасающую картину в виде гигантского паука, захватившего своей паутиной кабину лифта, не давая той ехать дальше, а сам ждёт доверчивую жертву, чтобы быстренько зацепить её одной из своих клейких нитей, мгновенно вытащить и сразу съесть. Перед глазами всё ещё стоял образ внезапно исчезающего в тёмном квадрате отверстия в потолке Ксенофилиуса Лавгуда. Сам случайный попутчик начальника бюро магического законодательства ещё молчал, даже не догадываясь о том, что его только что чуть не похоронили. Люциус не сдержал тихий смешок. Подобная фантазия была простительна впечатлительным юнцам, но не солидному уважаемому чиновнику.
Пока Лавгуд не спешил делиться совершёнными открытиями в освоенном надлифтовом пространстве, Люциус не спешил предлагать свою помощь. Будь в этом несомненный прок, конечно, он также не стал бы проявлять высокомерие, уже озвучив какою-нибудь идею. Нынешнюю должность он получил не за свои деньги. Откровенности ради стоило бы добавить "не только". Ум стоит много, а уж ум Люциуса Малфоя... Но - не хотелось. Во-первых, журналист. Одна эта профессия вызывала зубовный скрежет. Во-вторых... Что во-вторых, додумать Люциус не успел. Внезапно лифт дёрнулся и быстро-быстро заскользил дальше, заставив его шарахнуться к стенке и попытаться ухватиться за что-нибудь достаточно надёжное. Рывок - лифт замер, предварительно громко погудев и прожужжав напоследок. Лампочки мигнули и погасли окончательно.
- Блестяще, - проворчал лорд Малфой, поднимаясь с того самого пола, куда он совсем не стремился упасть. Да ещё и при свидетелях. Кстати, он моргнул, вспоминая о досадной компании. А что же сам свидетель после этого аттракциона? Жив ли?

+4

10

Ожидай Ксенофилиус увидеть иные миры, космические пространства и неведомых созданий, бороздящих эти самые пространства, он бы жутко разочаровался. Но, во-первых, Ксено умел не зацикливаться на неоправданных надеждах, а во-вторых, ничего необычного он и не предвкушал. Шахта лифта – самое неподходящее место для обитания фантастических зверушек, разведение в неволе среди тросов и металла противопоказано любой нервной животности, прячущей гнездовья от назойливых двуногих. Так! Ксено слегка покрутил головой, чтобы прийти в себя – до того увлекательные дали и перспективы открылись пред ним. Тем временем попутчик начал проявлять признаки нетерпеливости, что вообще-то было странно для сдержанного лорда и большой министерской шишки.
А что вы будете делать дальше? – Будь журналист озорным подростком, вовсе необязательно даже волшебником, он дал бы ответ в духе «Что делать, что делать… Снимать штаны и бегать, конечно», но Лавгуд все-таки считал себя воспитанным и достаточно взрослым человеком, тем более находящимся в ситуации, когда особо не до шуток, да еще рядом с таким важным мужчиной. Поэтому какое-то время он попросту не знал, что сказать. Потому что причин своих действий, ну, тех причин, которые можно было озвучить, не находил. Или отметал как несерьезные. Взору Ксено открылось тускло освещенное пространство, опутанное какими-то проводами, шнурами, металлическими балками и трубами, на некоторых соединениях и пазах неритмично мерцали алым и синим огоньки примененных технических заклинаний. Естественно, парень совершенно не разбирался, что тут к чему и куда надо надавить, чтобы лифт поехал дальше без перебоев. Может, вообще надо сказать ласковое слово и погладить его по шерстке, кто знает… – Лавгуд улыбнулся забавной мысли, одновременно услышав из кабины смешок Люциуса Малфоя. Видимо, тому тоже что-то показалось настолько смешным, что не смог сдержаться, интересно было бы узнать, что. Но не спрашивать же! Ксено протянул свободную правую руку вперед и осторожно прикоснулся к одному из хитросплетений проводов, загадочно мерцавших как раз небесной синевой. Что-то ему показалось необычным, хотя с его подкованностью по части сложной техники любой винтик привидится инородным телом в механизме! Однако ж легкая тревога не отпускала юношу, и он уже более настойчиво провел рукой по шершавой поверхности клубка проводов, отчего пульсация сменила частоту, мелькая в глазах теперь уже ритмом вальса, а не менуэта. Никаких признаков неполадок, прорывов или повреждений, послуживших причиной остановки лифта. Не убирая ладони с тепловатой поверхности, Ксено собрался было обернуться к мистеру Малфою и оповестить того о своем полном провале, как ощутил под указательным и средним пальцами какое-то давление, а секунду спустя с изумлением смотрел на обыкновенную пикси, выбравшуюся откуда-то из глубин смотанных проводов. Создание зло пискнуло, шустро укусив Ксенофилиуса и тут же увернувшись в сторону от его раскрытой ладони. Сей же момент еще несколько особей летучей мелюзги, появившись будто из воздуха, атаковали неудачливого монтера.
В следующее мгновение кабина лифта в очередной треклятый раз дернулась и сделала вид, что собирается ехать вниз. – Черт! – Воскликнул Ксено, не сумев удержаться за край люка, и с ужасающим грохотом сверзился на пол, не успев даже смягчить свое падение. В первую минуту ему было больно, потом обидно и смешно одновременно, но хоть пикси отстали! Злобные существа не стали влетать в гостеприимно открытый проем, почуяли свободу перемещения, видимо. Молодой человек сидел на полу, держался за саднящее колено, которым нехило приложился во время приземления, и смеялся. Он слышал, что мистер Малфой сказал что-то в адрес лифта, вероятно, но не мог адекватно отреагировать. Только смеялся и указывал пальцем вверх, что должно было означать призыв повеселиться тоже, что чиновник, конечно, не захотел поддержать. Успокоившись, Ксено кое-как встал, поняв, что в ближайший дни слегка похромает, и внятно сказал:
Там были корнуэлльские пикси. Прятались в механизмах. Возможно, потому лифт работает с перебоями. Только неясно, почему он все еще не в норме.

+4

11

И почему люди не летают как птицы? Хотя... почему не летают? Вот есть одна замечательная птица породы "журналист". Правда, летает не очень грациозно, приземляется, как мешок с (тут Люциус Малфой мог бы сказать, что с картошкой, но как истинный лорд, джентльмен и аристократ в немалом поколении, о картошке он знал лишь немногое, что в еде порой встречается, а потому подобрал другой эпитет) тряпками, да ещё приветствует свою посадку радостным смехом. В принципе, ничего удивительного в этом нет. Всякий, сумевший благополучно преодолеть земное притяжение с приличной высоты, просто обязан это событие как-то отметить. Радостный смех - чем не способ? Можно бы ещё встать и исполнить какой-нибудь танец, но вот это Люциус одобрить не мог. Не в таком тесном помещении.
Ксенофилиус Лавгуд встал самостоятельно. Умный парень, одобрил Люциус. Не стал просить невозможного. Дело было не в том, что Люциусу так уж сильно не хотелось ему руку подавать. Не хотелось, конечно, и не подал бы. Журналист продемонстрировал самостоятельность и разумность, уже за это его можно было уважать. Немного, и не вслух.
- Пикси, значит, - мелочь, но неприятно. И это уже прояснило всё. Ну, хвала Мерлину и кому там ещё, за разрешение вопросов, ну а дальше-то что делать? И Люциус смерил оценивающим взглядом помятого, но недобитого журналиста. Предложить ему слазить на крышу лифта ещё раз? Проблема возможного посыла лорда Малфоя не волновала, не родился ещё тот, кто сумеет сделать это безболезненно для себя. Практический ум  начальника бюро магического законодательства  пока прикидывал, по силам ли это вообще мистеру Лавгуду. Не получится ли так, что, настояв на повторном стенолазании, Люциус окажется виновником гибели этого молодого человека? Конечно, свидетелей нет, но всё же слишком уж общественное место, лучше было не рисковать. Однако... Однако время шло. Люциус чувствовал, на улице уже стемнело. В лифте ночевать не хотелось. На крышу лезть - тоже.
- Как положено избавляться от корнуэлльских пикси, мистер Лавгуд? - Почти дружеским, а главное - лишённым классовой ненависти голосом спросил лорд Малфой. Сам он не помнил. Признаваться в этом было стыдно, поэтому лорд Малфой решил сделать вид, что не по-лордски это - пикси изводить. Он просто сваливает грязную работу на плебеев. Это тоже было невежливо, но тогда журналист Лавгуд меньше удивится. - Вы хорошо начали, поэтому я позволю вам же и продолжить это славное дело. Надеюсь, ваша палочка не сломалась во время падения?
Над головой пискнули. Пикси или лампочки, - подумал Люциус. В лифте тоже было темно. Не так, чтобы своих рук не видеть. Или мистера журналиста. Да и не темно вовсе, так, полумрак. Аварийное освещение сработало, хотя откуда оно светило...

+3

12

– Вы чего, и конфеты за меня есть будете?
– Ага!

***
– Эт че это, пирожки, что ли? Не хочется!
М/ф «Вовка в тридевятом царстве».

Люциусу Малфою

Люциус, я вдруг вспомнил, что изначально мы предполагали побредить и поприкалываться. Не бей больно, я тебе еще пригожусь :)

– Вы хорошо начали, поэтому я позволю вам же и продолжить это славное дело. Надеюсь, ваша палочка не сломалась во время падения?
Значит, применить нужное заклинание? Отчего-то мистер Малфой и не сомневается, что сия сфера волшебства мне известна. Впрочем, конечно, он не ошибается, да и не трудно это. Ксено улыбнулся озарившей его забавной задумке. В ответ на беспокойство о возможно сломанной волшебной палочке он потер лоб, обшарил все карманы, и обеспокоено обратился к попутчику:
Кажется, она правда сломалась. Может, одолжите свою? Представление началось! Прежде чем лорд Малфой смог выразить праведное негодование столь наглым предложением, Ксенофилиус «отыскал» свою палочку и, встав в устойчивую позу – ноги на ширине плеч, правая рука поднята вверх, левая вытянута по шву – приступил к основной части действия.
Как же это заклинание… Абракадабра! – Лавгуд с притворно-придурковатым видом интенсивно почесал в затылке. – А может, Сим-Салабим? – Ксено скосил и без того косящий глаз на Люциуса Малфоя. Интересно, на сколько хватит выдержки сего господина, и вернусь ли я домой целым и невредимым? – Внутренне усмехнулся парень, повернулся к спутнику, вздохнув вполне натурально, и жалобным тоном произнес:
Что-то я проголодался. Чинить лифты – дело трудное, – вовремя заурчавший желудок подтвердил слова журналиста, и, не мешкая, Ксено вынул из внутреннего кармана мантии, поднятой с пола, бережно завернутую в салфетку… булочку. Ароматную булочку, вид которой наполнил душу Ксено радостью, а запах, казалось, пропитал замкнутое пространство лифта за считанные секунды. Молодой человек невозмутимо развернул салфетку и вонзил зубы в хлебобулочное изделие. Уже проглатывая первый кусок почти не жуя, репортер не преминул поинтересоваться:
Хотите? Она свежая, с корицей, просто объедение! Смотрите, еще больше половины осталось, не стесняйтесь. – Продолжая совершать жевательные движения челюстями, юноша не отказал себе в удовольствии слегка подмигнуть мистеру Малфою. Ксено не чавкал, наслаждался действительно вкусной выпечкой (в середине оказалась начинка из абрикосового повидла) и делал вид, что такое поведение в порядке вещей. В самом деле, отчего бы не перекусить в застрявшем министерском лифте, раз уж на домашний ужин к любимой безнадежно опоздал? К тому же, начальник бюро магического законодательства также не отказал себе в маленькой радости чуть ранее вполне осмысленно иронизировать над Ксено. Может, он считал, что блаженный журналист со смешной неаристократической фамилией не распознает скрытых интонаций? Коли так, пусть теперь получает то, что и ожидал – клоуна, чей цирк уехал на гастроли без лучшего юмориста.
Закончив трапезу (попутчик никак не отреагировал на щедрое предложение Лавгуда), парень аккуратно вчетверо сложил салфетку и сунул ее обратно в карман – не сорить же в лифте! Настроение его улучшилось еще больше, теперь голод мало-мальски утолился, а выражение лица министерского работника стоило затеянного представления. Помолчав-поулыбавшись с минуту, Ксено решил наконец, что достаточно порезвился, и, приняв свой обыкновенно отсутствующий вид (по мнению окружающих, для юноши же это было вполне серьезным и даже сосредоточенным состоянием), вновь направил волшебную палочку в сторону открытого люка и произнес правильное заклинание:
Пескипикси Пестерноми! – Лифт дернулся пару раз и, словно нехотя, но довольно плавно двинулся вниз. Было видно, как от хитросплетений механизмов во все стороны кидаются пикси. Ксено пришлось повторить заклятье еще трижды, прежде чем гомон и писк вредных созданий прекратились, а сами пикси исчезли в таинственной темноте шахты с гулкими хлопками. Очередной пасс палочки вернул крышку люка на место – строить не ломать, тут вполне обошлось без лифтолазания, а мелодичный женский голос, вдруг прорезавшись, объявил: «Уровень два. Отдел журналистики», подтверждая исправность подъемника. Вернулись туда, откуда начали. Ксенофилиус вновь обратился к Люциусу Малфою спокойным голосом:
Зря вы отказались от булочки, было вкусно. А еще, знаете… Не каждый отнесется к высокой должности и знаменитой фамилии с пиететом. Простите мне мою маленькую шутку. Мы славно потренировали каждый свое оружие друг на друге.
Движение лифта замедлилось, и невидимая женщина сообщила, что они прибыли на первый уровень, собственно, к месту назначения. Лавгуд собрал свои вещи, аккуратно перекинул их через согнутую руку и приготовился выходить.

Вот так

Пескипикси Пестерноми – заклинание, использованное Гилдероем Локхартом на уроке ЗОТИ, вероятно, неверно, потому что нужного эффекта оно не дало. Однако я был так самоуверен, что предположил, что в нашем случае оно сработало.

+4

13

Я понял, это намёк,
Я всё ловлю на лету,
Но непонятно, что конкретно ты имела в виду?

Группа "Несчастный случай"

Вы пошутили, мы тоже посмеялись ©

Ксенофилису

Океей, стёб так стёб. Паранойя наше всё! Ах да, если тебе показалось, что я угрожаю... тебе не показалось.

Убить на месте! Левая бровь Люциуса Малфоя изящно приподнялась, выражая тем самым высшую степень негодования и возмущения. Несчастный (смерд, мог бы сказать лорд Малфой, с полным на то правом, а пусть мистер Лавгуд предъявит доказательства своего не крестьянского происхождения!) плебей посмел претендовать на святое, на палочку самого Люциуса Малфоя!
- Сожалею,- вежливо отказал воспитанный аристократ. Кажется, его невежливо не услышали. Люциус вздохнул, что взять со средней прослойки населения, неучи.
Поза была эффектной. Хотелось поаплодировать, оценивая представление. Знал бы Люциус, что такое цирк, сказал бы, что Ксенофилиус отличный клоун.
Абракадабра? Люциус задумался. Третий курс? Нет, там точно не было. На СОВ сдавали? Тоже нет. У него хорошие оценки были, уроки не пропускал, так почему не знает?
Сим-Салабим? Это его добило. Вверх ползла правая бровь, захотелось почесать затылок. Выскочка Лавгуд знал неизвестные ему заклинания! Этот грех был худшим, нежели поползновения на чужую палочку. Но всё же, всё же... Что конкретно он имел в виду? Прогнать пикси? Убить Люциуса? Последняя мысль не понравилась. Покушение? Рука нащупала палочку. Ещё одно неизвестное слово, и журналиста из лифта будут выносить.
Журналист полез в карман. Люциус насторожился. При виде булочки он насторожился сильнее. Это не могла быть обыкновенная булочка, журналист явно что-то замышлял. Лавгуд ел, Люциус нервничал. Лавгуд предложил булочку, Люциус понял - отравлена! Всё было не случайно, его подослали. Враги, враги везде, они не дремлют! Вложив в ответный взгляд всё своё высокомерие, Люциус отрицательно мотнул головой, готовый сражаться до последнего.
Время шло. Журналист доедал отравленную булочку. Люциус ждал. Что-то было не так. Почему он не нападал? Почему он не умирал? Довольное выражение лица Лавгуда укрепило лорда Малфоя в своих подозрениях, тот что-то задумал. Впрочем, убить его он всегда успеет. Как бы коварен не был этот журналист, какие бы непонятные странные вещи не таились в его голове и карманах, Люциус всё равно успеет нанести удар первым, потому что на его стороне были логика, здравый смысл и великие предки-аристократы!
Салфетка была убрана, Ксенофилиус встал. Люциус улыбнулся. Наконец-то!  Лавгуд вытащил палочку и направил её... вверх? Улыбка пропала, лорд Малфой был озадачен. Такой способ сражения на палочках ему был неизвестен. Что ещё знает этот странный парень? Возможно, стоит присмотреться к нему получше? Возможно, его можно будет использовать?
– Пескипикси Пестерноми!
Счастье есть, его не может не быть. Лифт тронулся, и хорошо, что только лифт, насчёт своего рассудка Люциус уже не был уверен.
– Зря вы отказались от булочки, было вкусно. А еще, знаете… Не каждый отнесется к высокой должности и знаменитой фамилии с пиететом. Простите мне мою маленькую шутку. Мы славно потренировали каждый свое оружие друг на друге.
Вот так, на крайне поучительной ноте, заканчивалось маленькое приключение двоих в лифте, не считая стаи пикси. Вернулось хорошее настроение, а вместе с ним уверенность и ироничность. Маленькая шутка, вот так?
- Всё в порядке, господин Лавгуд,- ответил Люциус, протягивая руку с едва заметной улыбкой на лице.- Уверен, эта булочка была неплоха, я оценил ваше гостеприимство. Надеюсь, однажды вы сумеете оценить моё. Маленькое недопонимание не может служить причиной для того, чтобы расставаться враждебно. Ваша помощь была неоценима, я говорю искренне. Уверен, я найду способ, как отблагодарить вас. И, поверьте, мы не прощаемся.

+5


Вы здесь » Marauders: One hundred steps back » Прошлое - завершенные эпизоды » По техническим причинам