http://forumfiles.ru/files/0012/f0/65/31540.css http://forumfiles.ru/files/0012/f0/65/29435.css

Marauders: One hundred steps back

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Hideaway [10.10.1979]

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

Участники: Минерва МакГонагалл и Петуния Эванс.
Место: начало в маггловском Лондоне.
Время: в ночь с 10 на 11 октября 1979 года.
Краткое описание:
Петуния Эванс в тот вечер не догадывалась о многом. Например, о том, что совершенно случайно оставила Пожирателей смерти без заложника. Или о том, что ее сестра сражалась за жизнь и свободу в ее квартире, когда сама Петуния пила чай с подругой и мирно готовилась ко сну. И уж, конечно, мисс Эванс не могла предположить, что именно в эту ночь на пороге приютившего ее дома появится Минерва МакГонагалл, чтобы предложить другое, более надежное убежище.

+2

2

Вчерашние дети встали плечом к плечу с учителями, окунаясь в борьбу за собственное будущее.
И что в этом было хорошего?
Ничего, ровным счетом, и в обратном Минерву не переубедить было. Конечно, она могла бы гордиться - и даже гордилась! - тем, что часть этих детей она воспитала, влияя на их мировоззрение, косвенно или прямо. Но это не утешало, когда над очередным вчерашним учеником летали заклинания, обещая скорую смерть. Профессор МакГонагалл вообще считала, что в этой войне победителей не будет. Какая победа, когда столько смертей? Нечего будет праздновать.

О своих переживания она могла бы рассказать Дамлбдору, но тот был неуловим, погруженный в свои дела.
Могла бы рассказть и Элфинстоун, но у них был мораторий на разговоры об Ордене Феникса, иначе начинали ругаться. Сказать, что Урхарт считал обе организации, как Пожирателей, так и Орден, своего рода террористами, и этого было достаточно, чтобы Минерва уже говорила аккуратно и избирательно о своей внешкольной деятельности.
Они могли молчать, но каждый из них знал, что эта война, эти дети, и Орден вместе с ними были очередной оттяжкой в принятии решения, которое так ждал Элфинстоун.

С этими грустными мыслями ведьма старательно боролась. Она не хотела, чтобы кто-то знал, как у нее на душе скребли кошки. И даже в такое необычное время старалась вести себя обычно. Например, привычно отправиться на обход Хогвартса, а сделать это быстрее всего было на четырех лапах. Она уже почти настроилась на обращение, но в этот самый момент ощутила странный легкий ветерок, обнаружила рядом серебристое свечение, через несколько секунд осознала – патронус.
Лань.
Мисс Эванс.

Новости были беспокойными. И Минерва даже в первый момент подумала, что следует отправляться не за сестрой Лили, а к ней самой на помощь. Но в конечном счете все-таки пришла к выводу, что там и без нее могут справиться. Как бы там ни было, но стоило оценить старательность и таланты вчерашних детей. Даже те, кто валял дурака на уроках, сегодня обрели твердость руки, держащей палочку в направлении боя. Она не могла вечно прятать их за своей юбкой, да и не считала это правильным. Так что скрепя сердце Минерва решила отправиться по переданному Лили адресу, забрать Петунию Эванс с места.
Куда? Конечно, сюда, в Хогвартс. Не было более безопасного места по глубокому убеждению профессора, особенно сейчас. Так что решение Минерва приняла мгновенно, понимая, куда нужно забрать Петунию.
Проблема была лишь в том, что нужно было успеть.

Маггловский Лондон зачастую представлялся магам неизведанной территорией. Особенно жилая часть, без старинных особняков, за стенами которых зачастую прятались родовитые магические семьи. Но Минерве везло – еще в молодости она успела истоптать улицы города собственными каблуками, наслаждаясь долгими прогулками. Благо, столица Британии всегда была весьма приветлива к необычной одежде и необычным взглядам на жизнь. И Минерва вполне комфортно чувствовала себя в Лондоне. Сейчас дело оставалось за малым, найти ближайшую к переданному Лили адресу улицу, трансгрессировать туда, добежать до места, забрать старшую мисс Эванс, вернуться в Хогвартс.
Что могло пойти не так?
Собственно, все, если опоздать.

…пока план не сбоил. И заветная дверь нужного дома уже была перед самой Минервой. Ведьма постучала в нее, ответа пришлось ждать дольше, чем хотелось, но в конечном счете дверь открылась, на пороге стояла миловидная девушка.
Не Петуния Эванс, само собой. В чужом доме не принято открывать дверь гостям.
- Вам кого? – Девушка насмешливо окинула женщину в непривычной одежде.
Минерва так же мысленно поморщилась – а где приветствие?
- Прошу прощения за поздний визит, я бы хотела переговорить с вашей гостьей, мисс Эванс. Это срочно.
Девушка не торопилась звать гостью, рассматривая незнакомку. Но первое любопытство было удовлетворено, и она все-таки позвала Петунию.
Девушку Минерва узнала сразу. Не сказать, что они были похожи с Лили, наверное, даже наоборот – разные, непохожие, и все-таки объединенные одними родителями и одной фамилией. Они встречались всего лишь раз, в Косом переулке, но вряд ли мисс Эванс сейчас вспомнить профессора МакГонагалл. Этим было лучше не оперировать, хотя задача стояла еще та – объяснить девушке, что она стала объектом охоты Пожирателей смерти по вине сестры.
- Мисс Эванс, доброй ночи. Я профессор МакГонагалл, бывший преподаватель вашей сестры Лили. Конечно, уже поздно для подобных визитов, но я вынуждена была это сделать. Так же как и вынуждена попросить вас отправиться со мной ради вашей же собственной безопасности. Полагаю, у вас много вопросов, и я на них отвечу, но чем быстрее мы покинем этот дом, тем меньшим риск будет для вас и вашей подруги.
[AVA]http://s4.uploads.ru/Rcw1v.png[/AVA]

+5

3

Дни, когда Петуния Эванс поступала вопреки загодя составленным планам, можно было по пальцам пересчитать. Одной руки, кстати, вполне бы хватило. И восьмое октября, к несчастью, относилось к уместившемуся в одном кулаке меньшинству. 

Уже утром, собираясь на работу, она решила, что отложит все и не вернется домой — поживет у подруги, пока не разберется, что происходит. Такое решение положило начало ее страданиям: много она взять с собой не могла — это вызвало бы подозрения у следивших за ней типов.

«Только лишь самое необходимое», — сказала себе Петуния, скептично разглядывая женскую сумочку, которая всегда казалась ей достаточно вместительной, но не теперь. Необходимым казалось буквально все: не только документы, минимум одежды, косметика и зонт, но и половина аптечки, иголки-нитки, стайлер, любимые туфли... Продолжать этот список девушка могла бы до бесконечности; возможно, уже тогда каким-то шестым чувством она понимала, что прощается со своим островком уюта и спокойствия навсегда. Впрочем, осторожность все же пересилила нежелание расставаться с дорогими сердцу, а главное, полезными и нужными предметами.

Позже, когда бесконечно долгий и наполненный смутной тревогой день закончился и ароматный парок завился над чайными чашками в доме Люси Хейзелвуд, коллеги и вместе с тем подруги Петунии, дурного предчувствия девушка так отогнать и не смогла. То ли потому что ответа сестры на письмо не получила, то ли потому что появление волшебства в ее жизни так или иначе ничего хорошего не сулило.

И это чувство только усилилось, когда мирную девичью беседу прервал настойчивый стук в оконную раму. Только не это... Проклятые совы!.. Тунья подскочила на месте, будто бы ей кнопку на стул подложили, и тут же пожелала провалиться сквозь землю: Люси не привыкла получать письма с совиной почтой, Люси была нормальным человеком.

— Тише ты, тише... — зашипела Петуния на недовольную птицу, стараясь поскорее отвязать письмо от лапы. Ну, почему Лили не могла выбрать другого времени? Почему, почему, почему перед людьми ей приходится оправдываться за выходки сестры?
— Она требует печенье за доставку почты, — сказала мисс Эванс, прежде чем успела подумать, и в отчаянии прижала руки к губам — боже, что я несу! — не хватало только покраснеть до самых корней волос. Что бы подумал о ней Вернон, когда бы увидел такую картину? Что подумает о ней Люси? В гробовом молчании Петуния приняла из ее рук корзинку с лакомством.
— Совиных нет, уж извини, — сдавленно проговорила она, скармливая крылатому почтальону крекеры с яблоком.
Я, кажется, должна что-то объяснить, да?
Петуния тяжело вздохнула, коснулась пальцами лба, собираясь с мыслями, и повернулась к подруге:
— Понимаешь ли, моя сестра несколько эксцентрична...

~

Сказать, что письмо Лили встревожило ее еще больше — ничего не сказать. Вот если бы вам написала бы ваша сестра, что попала в ловушку Пожирателей смерти, а вам самому угрожает опасность, что бы вы подумали? Испугались бы? Ну вот то-то и оно. Но с этой частью письма хотя бы все было понятно, как и с просьбой быть наготове. 

А вот с визитом ведьмы по имени Минерва МакГонагалл — не совсем. Идти куда-то с волшебницей Петунии хотелось меньше всего — в конце концов, это они, маги, были во всем виноваты. Если бы не они, она бы не оказалась в опасности. Никогда. Поэтому путешествие с женщиной, нареченной римским именем, казалось ей сомнительной перспективой. Но разве Лили спросила ее мнения? О, конечно же, нет.

Но все же, когда Минерва пришла, Петуния поспешила выйти к ней на крыльцо и закрыла за собой дверь под удивленным взглядом Люси. Войти колдунью она не пригласила, только лишь смерила взглядом и невольно перевела его на ночных бабочек, вьющихся у фонаря.

— Да, Лили предупредила меня, но откуда мне знать, что она и я можем вам доверять? Что вы тоже не из... тех? Ну, которые вроде пожирателей зомби. Почему я должна верить, что с вами не окажусь в еще большей опасности?
Девушка качнула головой, поправила выбившуюся прядь и скрестила руки на груди.
— Я справлюсь сама, без магии, спасибо. От нее одни неприятности. Перееду в другой город, начну все сначала и больше никто меня не найдет.
Петуния дернула плечом, как будто то ли пожать им хотела, то ли развернуться и уйти.

+5

4

- Пожирателей смерти, - практически привычно поправила Минерва. Что поделать, профессиональная деформация сказывалась. Привычка исправлять учеников, настойчиво и мягко объясняя им, где и почему ошиблись, уже въелась в профессора МакГонагалл, так что, даже отдавая себе отчет, что перед ней не студентка Хогвартса, она все равно не смогла промолчать.
А зомби у нас инферналами зовутся, если что...

Мисс Эванс задавала правильные вопросы, и профессор успела дважды пожалеть, что не запаслась ничем, что смогло бы убедить Петунию, что ей не желают зла. С другой стороны, многое было во власти Пожирателей, так что тут уж правильного выбора не было. Лишь убеждать, лишь стараться.
- Мне нечем вас убедить, кроме собственных слов, мисс Эванс. Вы, в самом деле, вправе считать, что от магии одни неприятности, но вам просто не повезло. Если бы все было так... как обычно в нашем случае, то вы бы по другому относились к магии, к нам. Но сейчас, сию минуту, у меня даже нет времени на то, чтобы вам рассказать, что к чему. Получить это время можно только в безопасном месте. - Не просто это, пытаться найти общий язык с человеком, который не хочет принимать магию как часть жизни. Минерва отвыкла от подобных разговоров, не часто в последнее время имея дела с такими людьми. Невольно вспомнилось, как им с матерью приходилось убеждать отца в этом. Процесс усложнялся еще и тем, что тот был приходским священником. Ну и дела, приходской священник с женой-ведьмой и такими же детьми.

Голос женщины стал мягче, когда она снова заговорила:
- Мисс Эванс, вы не сможете сбежать в другой город и скрыться. Вас очень быстро найдут, а никому из нас не нужно много времени, чтобы придти за вами. Я потратила каких-то несколько минут, чтобы переместиться из Хогвартса сюда, при этом дольше шла от места аппарации к крыльцу. Даже если учесть тот факт, что мне просто повезло и я тут бывала, поэтому управилась так быстро, то метлы ненамного задержат ваших преследователей. Сейчас ваша сестра рискует собственной жизнью, жизнью своих друзей, чтобы задержать тех, кто был отправлен в вашу квартиру. Чистая случайность, элемент непредсказуемости, на который способно переменчивое настроение живого человека. То, что невозможно предугадать. Но если вы останетесь здесь, то пострадаете, делая жертву своей сестры бессмысленной. А также рискуете подставить подругу, - Минерва кивнула на дверь позади Петунии.

С подругой, кстати, тоже придется что-то делать. Ее жизнь по умолчанию была в опасности, но, возможно, если приложить усилия, подкорректировать память, то все обойдется. Минерве это не нравилось. Неприятно влезать в чью-то голову, да и вообще...
Но что-то придется делать, а сначала - убедить Петунию, что она в опасности.
- Мисс Эванс, давайте хотя бы я дам вам возможность встретиться и поговорить с сестрой. А там уже будем смотреть, что нам делать.
[AVA]http://s4.uploads.ru/Rcw1v.png[/AVA]

+4

5

В ответ Петуния только фыркнула, поджала губы и возвела очи горе:
Так я и думала. Конечно же, ни времени, ни возможности, и при этом надеетесь, что я пойду куда-то там с вами. На это даже ребенок не купится.

Но то ли терпение у Минервы было ангельским, то ли выдержка железной, то ли все вместе — она оставила без внимания эту демонстрацию и продолжила говорить. И вот тут-то по спине у Петунии против ее воли и поползла противная холодная дрожь. Все это время она, честно говоря, не осознавала сполна, в какой опасности находится. Да, что-то тревожное закралось в мысли, когда она увидела на своей улице людей в темных мантиях, и письмо Лили только добавило поводов этому чувству, но Эванс была уверена, что переезд — панацея. Теперь эту уверенность разрушала ведьма с волосами что вороново крыло — девушка невольно отметила, как красиво они блестели в оранжевом свете фонарей, и покачала головой, отгоняя эту мысль, пришедшую так дико не вовремя, невпопад.

Чувствовать себя в роли жертвы, преследуемой хищниками, было не неприятно — жутко, но все же Тунья упрямилась:
— Вам подсказала Лили. А они как узнают, куда я могу отправиться? Если я покину страну, эти ваши гурманы-извращенцы будут преследовать меня до самой Австралии?
Петуния и без подсказок МакГонагалл прекрасно знала, как называют себя эти нелюди, но исковеркала сочетание вновь. Нарочно. Принципиально. Чтобы подчеркнуть — она настолько ничего общего с этим миром не имеет, что даже запомнить два слова не в состоянии.

— К тому же, если все так, как вы говорите, моя подруга уже в опасности — с той самой минуты, как я переступила ее порог, — неожиданно тихо проговорила Петуния и очень серьезно посмотрела на колдунью. Как бы эгоистично девушка себя порой не вела, привязываться ее сердце умело и совсем уж черствым не было. Петуния не желала Люси зла. — Если они способны так просто найти, кого пожелают, то узнают и о том, что я была здесь. Что мешает им убить ее, как ту семью из Саутгемптона полгода назад? — хотя она и понизила голос до шепота, оглянувшись на дверь, говорила снова с прежним запалом. — Да, да, я кое-что знаю. Моя сестра из ваших, и я за нее беспокоюсь.

Хотя так сразу и не скажешь.
Изредка — ну, когда навещала отца — Петуния все же читала волшебные газеты, называла их дрянью и упрямо сжигала у него на глазах, повторяя, что это их не касается. Она могла игнорировать письма Лили, могла демонстративно не разговаривать с ней или бросать ей обидные слова, но никогда — никогда не хотела, чтобы с сестрой случилось что-нибудь ужасное. Но Лили есть кому защитить.

— Если вы можете что-нибудь сделать для Люси, защитить ее, пожалуйста, сделайте это.
Делайте что угодно, Минерва МакГонагалл, только бы назавтра в газетах не писали о еще одном разрушенном доме и Черной метке над ним. Видите, я даже сказала «пожалуйста».
Попросить о волшебном убежище не только для себя, но и для подруги было немыслимо: Тунья очень хорошо знала, как волшебники относятся к простым людям, к тому же, она не хотела, чтобы магия испортила жизнь нормального человека. Хотя она, похоже, уже.

— И, позвольте спросить, какое же место вы считаете достаточно безопасным для нашей с Лили встречи? Не имею привычки путешествовать вслепую.

+5

6

Девочка-девочка, как многого ты не знаешь.
И лучше бы не знала, так сейчас безопаснее, да кто уже спросит мнения моего на то?
Поздно уже. Нет иного варианта.

- Мисс Эванс, способов вас выследить – предостаточно. На это уйдет время, но это не означает, что вас не найдут. Но я не рассчитывала на то, что вместо вашего спасения, буду вынуждена читать курс лекций о волшебном мире. Давайте обезопасим вас и вашу подругу, а потом уже будем разбираться в реалиях. Я хочу, чтобы вы поговорили с сестрой для начала, а потом уже думали, что будет дальше.
Минерва понимала, что отношения у сестер не лучшие, так часто бывает. Еще ей чудилась застаревшая обида в Петунии на то, что магия выбрала для себя лишь одну из дочерей, и это была не она. Наверное, все было бы гораздо проще в жизни девушек, если бы обе получили в полной мере волшебство в себе, но, увы, случилось все иначе. А по какому принципу в детях зарождались магические способности, никто не мог сказать. Вопрос без ответа, но иногда не стоит пытаться ковыряться в подобных вещах.

Слова Петунии о том, что она беспокоится о сестре, вызвали улыбку у Минервы. Все-таки, кровь не водица, даже если ты обижена на родственницу за все, что только можно. Что ж, это приятно слышать, но теперь поставленный вопрос требовал ответа.
Правду.
Жестокую и беспощадную, но правду.
Можно было и дальше препираться, можно было пытаться обмануть Петунию, рассказывать, что ее подруге ничего не грозит. Но Минерва считала, что так будет неправильно. В конце концов, мисс Эванс давно не ребенок, в том числе и по своим маггловским законам, не говоря о том, что маги свое совершеннолетие получают и того раньше.
И все-таки она так и не смогла, глядя Петунии в глаза, после просьбы о защите Люси, сказать ей, что ничто не поможет, если Пожиратели что-либо решат не в пользу маггловской девочки.
- Попросите ее уйти сейчас. У нее есть, к кому отправиться? Пустой дом охладит пыл ваших преследователей.
Она была в этом не очень уверена, но все же надеялась, что это сработает. В конце концов, кто бы ни скрывался за масками Пожирателей в этой миссии, они ограничены во времени. Пока, по крайней мере. Маленький, но шанс для Люси.
Шанс, который поможет уйти Петунии.
Может, все-таки следовало сказать, что риск всегда остается, и в этом случае он достаточно велик?
Дилемма была не простой, в случае честности Петуния может отказаться уходить. И они потратят драгоценные минуты на новый виток разговора. Успех был зыбким, его нужно было сохранить любой ценой.
- В Хогвартс, мисс Эванс, мы с вами отправимся в Хогвартс. Но так как аппарировать на территорию школы мы не можем, так что придется нам остановиться у самых ворот, а небольшой остаток пути по территории пройти пешком. Я попрошу вас ограничиться теми вещами, что есть сейчас на вас, мисс Эванс. И, возможно, вашей сумочкой с самым необходимым.
[AVA]http://s4.uploads.ru/Rcw1v.png[/AVA]

Отредактировано Minerva McGonagall (14-03-2016 16:31:53)

+3

7

Бойтесь своих желаний — они имеют свойство сбываться.
— Вы сами-то верите в это? — недоверчиво, с плохо скрываемой горечью спросила Петуния. — Только что говорили о том, что способов отыскать человека предостаточно. А теперь думаете, что бегство ее защитит?
Серьезно, мэм?

Брови девушки сошлись к переносице, она покачала головой. Появление волшебницы завело ее в дурацкий безумный тупик, ясно в котором было только одно — нужно уходить и как можно скорее. Признавать правоту МакГонагалл было неприятно, мучительно, но у Петунии не было выбора. Она в волнении сжала ладони, да так что аккуратные ногти впились в кожу. Горькой правды ночная гостья не произнесла вслух, но этого и не было нужно: может быть, Люси уже обречена. Никто не может пообещать, что охота на магглу окончится первой же неудачей. С другой стороны, всем этим надкусившим мертвеца была нужна именно Петуния, может и правда, пустой дом заставит их искать себе другую жертву.

«В Хогвартс, мисс Эванс, мы с вами отправимся в Хогвартс...»
Даже сейчас, в такую минуту, это странное, опасное слово отозвалось в ее душе трепетом. Петуния удивленно смотрела на волшебницу, прикусив от неожиданности язык и на мгновение забыв обо всем. Недостижимый, желанный Хогвартс — как страстно она желала когда-то, чтобы это место и ее признало своей, не только сестру, как завидовала всем девочкам и мальчикам, которые каждый год собирались на платформе 9¾ и уносились далеко-далеко, в совершенно иной мир, на алом экспрессе, и каким невыносимым холодным огнем это жгло ей душу. И вот — в Хогвартс. Но как высока цена!.. Почему мироздание от Лили не требовало таких жертв? Ей не пришлось отказывать от собственного благополучия, добытого трудом и тщанием, и смертельная опасность... Впрочем, ладно, по этому пункту их очки были равны. Как всегда — от волшебства одни неприятности. Ничего другого и не стоило ожидать.

С мимолетным замешательством Эванс справилась быстро. Отвела взгляд, взяла себя в руки и отправилась исполнять советы Минервы. Она уговорила Люси перебраться к родственникам и объяснила все, как могла: и про плохих парней, с которыми спуталась ее сестра, и о том, что из-за этого теперь проблемы могут быть у них обеих, и как ей жаль, что так вышло, она никогда не хотела причинить ей такого. Прошло не больше десяти минут; Петуния перебросила приготовленную с утра сумку через плечо, остановилась рядом с МакГонагалл и протянула ей узкую холодную ладонь.
— Я готова.

Когда неведомая сила сжимает ее, как жалкий кусок пластилина, и, забыв о какой бы то ни было бережности, месит мощными пальцами, разбирает по кусочкам и скатывает вновь, все сомнения Петунии с утроенной силой пускаются в рост. В панике она пытается выдернуть руку из пальцев Минервы и уже жалеет, что согласилась, молит о том, чтобы это скорее прекратилось. Желательно не смертью.

Ее желание исполняется — магия выбрасывает ее далеко от Лондона; выбрасывает как нечто ненужное. Вывернувшись наконец из крепкой хватки, Петуния падает — встреча колена с выступившим из земли корнем отзывает болью. Она бледна, как немочь, ее слегка подташнивает и немного кружится голова. Ей бы дух перевести, но страх и инстинкты берут свое — девушка сразу поднимается на ноги и отскакивает от волшебницы на несколько шагов.

— У самых ворот, значит, да? — интонации — сердитые, раздраженные — совсем не сходятся с выражением ее лица. Как маленький растерянный ребенок, Эванс-старшая окидывает взглядом тесное сплетение старых ветвей над их головами — лес вокруг совсем как в страшных сказках. — Чего мне дальше от вас ждать? Заклинания в лоб? Зачем я вообще только с вами пошла! Не подходите ко мне! — Петуния и сама не замечает, как срывается на крик. Она отступает еще на несколько шагов, пружинка напряжения скручивается все туже и туже, чтобы лопнуть в тот самый момент, когда нога попадет в хитросплетенную ловушку древних корней — они сетью разбегаются по земле, уродливые, похожие на скрюченные недугом пальцы.

Петуния падает. Высоко над головами трещит надломившееся дерево.
С глухим вздохом падает между Минервой и Петунией огромный сук, чудом обеих не задев, и невольно становится живым барьером между ними. Эванс воспользовалась бы этим и сбежала, но, кажется, подвернула ногу — лодыжка взрывается болью, когда девушка пытается встать.

Отредактировано Petunia Evans (27-03-2016 20:46:24)

+5

8

Минерве невольно вспомнилось, как она начинала работать в Хогвартсе. Как было не просто с детьми, не хватало терпения, зато было полно раздражения, вспыхивающего от того, что дети непослушные, неисполнительные, не понимают цену словам – в общем, все, как всегда. Это с годами выработалась выдержка, как с годами пришло понимание, что именно такими и должны быть малолетние волшебники и волшебницы. Потому, что у них все еще детство, пусть и приходит новая ответственность. И к совершеннолетию они уже другие, но тогда…
Сейчас мисс Эванс очень напоминала тех самых детей. Наверное, так же тяжело было тем, кто являлся к маггловским родителям с письмом из Хогвартса. Хотя почему, наверное, ведь иногда этим приходилось заниматься Минерве. И очень сложно было объяснить очевидные с ее точки зрения вещи тем, кто о магии ни сном, ни духом.

С Петунией сложность была совсем в другом. И Минерва понимала, что и сама не может ей внятно что-то пообещать относительно Люси. Профессор никогда не обещала то, в чем была не уверена.
Что там происходило в голове девушки, понять было сложно ровно до момента волшебного слова – Хогвартс. Казалось бы, лицо Петунии не изменилось, но в то же время именно после этого она как-то вся сначала задумалась, потом подобралась, а затем еще и перестала сопротивляться. Вот так-то, с этого следовало начинать, с мечты всех магических детей. Даже выросшие в магии, они мечтают о том дне, когда отправятся в свое первое большое путешествие длиной в семь лет, из которого они вернутся другими. А что сказать о маггловских детях? Ну, Минерва, себя вспомни? Как маленькое девичье сердечко трепыхалось, рвалось туда, в тот мир чудес.
И это при том, что мама никогда не скрывала от дочери, кем они были.
Профессор сжала руку спутницы, ничуть не волнуясь. Не в первый раз было путешествовать с багажом, и даже сумка на плече Петунии не мешала. А представить замок вообще было не сложным – Минерва знала школу до каждой мелочи. Иногда казалось, что она может сказать, где какой кирпичик разбит, может представить грязные разводы на окнах, витые решетки, зелень травы, да все, абсолютно все. Конечно, был кто-то, кто знал замок лучше профессора МакГонагалл, но сейчас речь шла не об этом. Образ школы был, будто, на сетчатке глаза отпечатан, и проблем не должно было возникнуть.
Не должно…

Но возникли.
Это ведьма поняла, когда ее практически вышвырнуло на землю, темную, сырую, пахнущую осенью. Рука Петунии выскользнула из ее пальцев, вызвав страх – потеряла. И Минерва быстро поднялась с земли, не смотря на то, что чувствовала, что ушибла локоть левой руки, да и на бедре знатные синяки будут. И мантия порвалась, точно-точно.
Но главное, оглядевшись, Минерва обнаружила две вещи: Петуния была тут, хоть и не совсем цела, похоже, и они были в Запретном лесу. Ведьма узнавала его каким-то особым образом, шестым чувством. Таких деревьев больше нигде быть не могло, так что… а из него они обязательно выйдут к замку.

- Петуния, стойте! – Минерва поморщилась, не радуясь истеричному состоянии девушки, хотя понимая. Мало того, что спокойный вечер спокойной жизни по какой-то вселенской несправедливости превратился в непонятно что, так еще и вышвырнуло из трансгрессии далеко от места назначения. – Не стоит кричать в этом лесу. Я знаю, где мы. – Минерва шагнула было к мисс Эванс, но та явно была не намерена слушать.
И слышать.
Профессор поморщилась. Не тащить же ее силком? Хотя сейчас это может быть единственно-правильным вариантом, чтобы доставить Петунию в Хогвартс. Вот что только будет потом?
Минерва подняла руки:
- Хорошо, Петуния, я не подхожу. Видите, стою на месте. Только прошу вас, прекратите кричать, пока не привлекли никому не нужное внимание. Давайте я посмотрю, что у вас с коленкой, мне отсюда видно, что вы ее ударили. Мы переведем дыхание, успокоимся…
Дракл.
Как так вышло? Что произошло?
Тут бы проанализировать и сообразить, Минерва была уверена, что ответ, скорее всего, лежит на поверхности, она это чувствовала. Но мисс Эванс своим упрямством мешала думать! Еще и бежать надумала.
Еще и дерево решило вмешаться.
Минерва едва успела отскочить и отвернуться – пытаться предотвратить казалось бесполезным, хотя она и успела вытащить палочку. Ветка легла между ней и Петунией. Минерва выдохнула. За последние несколько минут она успела дважды рисковать потерять девушку, но ей везло. Девушке зато, похоже, не очень.
Минерва обошла ветку, осторожно приблизилась к Петунии.
- Вы ушиблись, Петуния?
[AVA]http://s4.uploads.ru/Rcw1v.png[/AVA]

+3

9

— В лес? Я думал, это шутка. Нам нельзя туда ходить.
Ученикам это запрещено. Там водятся... оборотни.
— В этом лесу есть вещи пострашнее оборотней, можешь не сомневаться.
© «Гарри Поттер и философский камень»

Петуния — вся натянутый нерв. Кажется, только тронь — сорвется снова.
«Бей и беги бейибеги бейбеги», — настойчиво стучало у нее в висках.
«КУДА??» — панически взорвался внутренний голос. Куда ей бежать? Она одна в незнакомом зловещем бесконечном лесу. Ну, ладно, не одна. У нее есть МакГонагалл.
«От которой неизвестно чего еще ждать», — не помедлило сознание со скептичным комментарием.
Еще есть магия. Дурацкая магия, которая доставляет столько проблем и не желает работать, как надо. Почему нельзя сейчас просто по щелчку пальцев или троекратному удару каблучков друг о друга оказаться, скажем, в... Перед глазам непрошено вставал Литтл-Уингинг: аккуратная гравиевая дорожка, обрамленная ровным газоном и ведущая к такому же аккуратному дому... Нет-нет-нет, только не это, впутывать в это Вернона она не станет. Ни за что. Девушка тряхнула головой, чтобы прогнать милый, но лишний сейчас образ. И на всякий случай вцепилась пальцами в корень рядом с собой — если волшебство попытается сыграть еще одну злую шутку, ему придется постараться, чтобы оторвать ее от подставившего подножку дерева.
— Оставьте мою коленку в покое, — огрызнулась она, разглаживая юбку и стряхивая с нее грязь. — Сама с ней как-нибудь разберусь.
И тяжело вздохнула — будет синяк, это ясное дело. Или даже хуже — вон, уже разбежалась сеточка тонких ссадин. И это пахло настоящей катастрофой. Как можно явиться в таком виде на люди? Что подумают о ней, когда увидят сбитые коленки? Наудачу Тунья легко провела ладонью по ранке, чуть поморщилась — ничего не изменилось, колено все так же досадно саднило.
Будь проклят тот день, когда родился чудак, придумавший называть эту дрянь волшебством.
Она попыталась встать, оперевшись о ствол, но в конце концов сдалась и снова опустилась на землю.
— Кажется, ногу подвернула, — девушка подняла глаза на Минерву, растирая ноющую лодыжку. Ей бы о помощи колдунью попросить, сама-то идти с трудом сможет, каждый шаг превратился бы в пытку и на ровной дороге, где уж там путешествовать по полным подлянок лесным чащобам, поблизости даже намека на тропинку не видно.
Вы знаете, где мы... Замечательно! А Лили знает, куда вы меня затащили? Может быть, она вовсе не в курсе?.. Если вы мне и моей сестре не враг, почему мы в этом мерзком лесу? Почему не у ворот школы, как вы обещали?..
Она снова завелась — сыпала и сыпала вопросами, сердито, не понижая голоса; видит бог, не видать покоя тому, кто попадет Эванс-старшей под горячую руку. Впрочем, ей самой, пожалуй, тоже — кто-то легкий и ловкий, точно пушинка, неожиданно спрыгнул ей на спину и с воинственным писком вцепился в волосы так яростно, будто бы она задолжала ему свой скальп.
Петуния испуганно завизжала и завертелась на месте, размахивая руками, надеясь не то сбросить своего мучителя, не то поймать его — пару раз у нее даже почти получилось, пальцы скользнули по шершавой шкурке неуловимо юркого существа.

На Петунию напал...

...лукотрус. Думаю, что ее интонации и повышенный тон вполне могли ему не понравиться. К тому же, она назвала лес мерзким)

Лукотрусы — крошечные хранители деревьев (не больше восьми дюймов ростом) и внешне выглядят так, словно сделаны из прутиков и коры, поэтому обнаружить их чрезвычайно трудно. Мирные и пугливые создания, питающиеся мокрицами, яйцами фей и докси, но при малейшей опасности для дерева, на котором они обитают, бросаются на дровосека или лесовода и вцепляются ему в глаза длинными, острыми пальцами. Задобрить лукотруса можно, угостив его мокрицами. Именно так волшебникам удается отвлечь его на некоторое время, чтобы добыть немного древесины для изготовления волшебной палочки.

Визуализация.

http://dg54.mycdn.me/image?t=0&bid=803915846732&id=803915846732&plc=WEB&tkn=*Rjzr5gkGyiltwxe2I57GVtzinZE
https://pp.vk.me/c9408/v9408213/2333/kS31U_8BUCM.jpg
http://dg54.mycdn.me/image?t=0&bid=803915847244&id=803915847244&plc=WEB&tkn=*uclVB7IXeAAyaINORD8raSfhDAs

+5

10

Минерва уже начала перебирать в голове заклинания, которые помогут справиться с раненой коленкой мисс Эванс, когда ей даже не дали попробовать. Профессор нахмурилась. Нет, это совсем уже не дело. Понятно, конечно, что девушка напугана, для нее все происходящее в новинку, но криками и возмущением делу не помочь, а привлечь нежеланных обитателей леса - легко. К тому же подобное поведение начинало утомлять Минерву, а учитывая, что теперь мисс Эванс была вырвана из привычного окружения, преимущество было на ее стороне. Само собой, Петуния могла заставить декана Гриффиндора за собой побегать, но настроение у Минервы было такое, что сейчас она могла воспользоваться любым заклинанием, которое облегчит ей задачу.
А я хотела по хорошему. Похоже, не выйдет.

Ее так же, даже больше, как и Петунию беспокоил тот факт, что они не добрались до ворот школы. Девушка задавала вопросы, которые и сама Минерва бы с радостью задала кому-нибудь, но никого, кроме нее и голосящей старшей Эванс тут не было.
И она, кстати, мешала думать.
Минерва было открыла рот, чтобы огреть девицу Silencio, чтобы она перестала привлекать внимание лесных обитателей, но не успела. Света луны было мало, чтобы сразу понять, кто решил почтить мисс Эванс своим явлением, и пришлось потянуть с опознанием до тех пор, пока по повелению хозяйки, на конце палочки не зажегся огонек, осветивший узкое пространство, но достаточно, чтобы увидеть обидчика Эванс.
Мда…
Нет, закономерно, конечно же.

Минерва вздохнула:
- Мисс Эванс, прекратите орать, пока я вам не помогла это сделать. И стойте смирно, вы еще больше сердите лукотруса.
Она не повышала голоса, мучительно вспоминая, чем отвлечь хранителя дерева от нарушительницы покоя. Как-то давно у Минервы были уроки по уходу за магическими существами. Но с трудом, все-таки она вспоминала, что лукотрусы любят лакомиться мокрицами. Легче от этого не стало, учитывая, что тут им взяться было неоткуда, а профессор не носила ничего подобного с собой.
Лааадно…
Отчаиваться не время. Следовало отлепить лукотруса от мисс Эванс и забрать ее поскорее в безопасность Хогвартса. В голову не пришло ничего лучше, чем сосредоточиться, прибегнуть к Scarabaefors – жуки не мокрицы, но отвлекут на время лукотруса. Несколько камешков едва не разбежались из-под ног, Минерва мысленно вздрогнула – она не любила жуков – и собрав дар, протянула лукотрусу. Тот заинтересованно уставился на подношение, схватил несколько штук и отвлекся от своей жертвы.

МакГонагалл схватила Петунью за руку:
- Не стоит повышать голос в лесу. Вы не знаете, кого можете привлечь, а это место полно тайн и опасностей. Мы здесь гости, мисс Эванс. Вы же ведете себя в гостях вежливо и приветливо? Так вот, будьте добры, так же вести себя тут. Лукотрусы милейшие существа, пока не угрожают деревьям, а ваше поведение могло вызвать ответную реакцию. Дальше, коротко и по сути: у меня нет идей, что случилось во время аппарации, но если вы перестанете меня отвлекать, я смогу над этим подумать, ваша сестра в курсе того, что я должна доставить вас в Хогвартс. И последнее, будьте добры сказать, какая лодыжка вас беспокоит. И, кстати, чем быстрее вы это сделаете, тем быстрее мы уберемся отсюда. Так что? Продолжите верещать или все-таки поможете, мисс Эванс?


Scarabaefors - преобразование чего-либо в жуков.
[AVA]http://s4.uploads.ru/Rcw1v.png[/AVA]

+3

11

Не орать, а уж тем более сидеть смирно, когда какая-то дрянь пыталась пустить ее на сырье для париков, было трудно, но с этим Петуния с горем пополам справилась — замерла на месте, вцепившись в собственную юбку, — во что-то же нужно было, иначе терпеть ярость лесного создания было невыносимо.
«Уберите это от меня сейчас же! Немедленно! Скорее же! Я расскажу все Лили!»
Зажмуриться хотелось невероятно.
Честно говоря, Тунья была немного разочарована. В ее представлении все волшебники в прямом столкновении были подобны супергероям из кино: взмах! вспышка! — все, проблемы нет, а победитель величественно окидывает взглядом поле боя, и за его спиной ветер красиво развевает мантию.
Но Минерва МакГонагал уподобляться героям не торопилась. На кончике ее волшебной палочки загорелся огонек, а сама колдунья задумалась, как будто бы рядом с ней Петуния не сходила с ума от боли и ужаса. А потом... 
Эванс-старшая не была жестокой, но, знаете, они искренне надеялась, что МакГонагалл убьет тварь, вцепившуюся ей в волосы. Чего еще может заслуживать ужас, набрасывающийся под покровом ночи? Как еще стоит поступать с опасными и агрессивными существами? Но Минерва предпочла внимание лукотруса отвлечь.
В этом было что-то возмутительное и обидное.
«Трус! Трус он и есть! Нападать на людей со спины... Лицом к лицу, я бы тебе все руки пообломала!»
В слабом свете огонька волшебной палочки девушка наконец смогла разглядеть обидчика. Она настороженно и недружелюбно следила за маленьким существом, похожим на фейри из сказок, и в то же время будто сплетенным из тоненьких веточек. Спрыгнув на землю, оно присмотрелось к предложенному угощению и, видимо, найдя его достойным, схватило и было таково.
Петуния недовольно фыркнула, шумно выдохнула и быстро стерла выступившие на глазах слезы. Наверное, ей стоило бы поразиться творению магической природы и усвоить хотя бы немного из правил безопасного поведения в волшебном лесу. Но ее раздирали противоречивые чувства. Это неправильно! Таких уродцев не может существовать на свете! С другой стороны, против ее воли, против пережитого страха в сердце замирало что-то совсем забытое, по-детски завороженное и восхищенное — наверное, с этим чувством Люси впервые открывала для себя Нарнию, а Джесс и Лесли делали первые шаги через мост в Терабитию. А в прочем, Петуния уже к девяти годам считала себя слишком взрослой для сказок, а потому не знала ни о каких странах в шкафу или за мостом.
Когда МакГонагалл схватила ее за руку, Петуния сердито вырвалась — как грубо! И эта женщина еще смеет ей что-то говорить про хорошие манеры, распекает ее, как школьницу. Ну надо же. 
Но перечить Петуния уже не решалась. А в груди по-прежнему щекотало лукаво и тонко; девушка прижала ладонь чуть ниже ключиц — уймись, ненужное, непонятное чувство! Мешаешь!
«Ничего себе милейшее существо! Да он чуть мне голову не оторвал!»
Она возмущенно смотрела на волшебницу, но держала язык за зубами. Нападение произвело на нее достаточно глубокое впечатление, чтобы теперь, слушая Минерву, верить ее словам — по крайней мере той части, где говорилось, что они попали в опасное место и его обитателей лучше не сердить. 
— Правая, — с деланным недовольством сказала она. А потом, вдруг оглянувшись по сторонам, негромко добавила: — Давайте уйдем отсюда поскорее. Пожалуйста.

Отредактировано Petunia Evans (01-07-2016 12:32:53)

+3

12

Слава Мерлину, девочка перестала привлекать к себе внимание. Не стала добрее и спокойнее, но хоть прислушивалась к Минерве. Это уже было легче для пребывания в Запретном лесу, упрощало возможность добраться. В какой-то момент ведьме даже подумалось, что можно опять попытаться аппарировать, со второй попытки добраться таким образом до школьных ворот, но взвесив все, она отбросила эту идею.
- Сейчас уйдем, - пообещала Минерва Петунии, снова вооружаясь палочкой. Она коснулась второй рукой правой щиколотки девушки, прикидывая, что еще нужно помимо обезболивания, будет ли этого достаточно или нужно что-то еще? При вывихах обычно используются фиксирующие повязки, и МакГонагалл даже припомнила необходимое для наложения бинтов. Но будет ли их достаточно для того, чтобы помочь?
- Anestesio. Через несколько минут щиколотка онемеет, а когда доберемся до Хогвартса, мадам Помфри о вас позаботится. Она чудесный целитель.
Учитывая специфику работы, Поппи Помфри и правда была чудесным целителем, не обделенным терпением и талантом выяснить у школьника, что же стало причиной его недомогания. Собственно, и Минерве не часто приходилось использовать колдомедицинские заклинания при оказании первой помощи, так как всегда и всюду Поппи являлась очень быстро, практически по первому зову.
Вот бы сейчас ее сюда.
Или Дамблдора.

Минерва тихо вздохнула. Ладно, чего уж там, опыт общения со старшей мисс Эванс был явно неудачным. Минерва не особо преуспела в выполнении так нежданно свалившегося на ее голову задания, к тому же, несмотря на то, что в Хогвартсе было, кому его защитить в случае чего, она беспокоилась. Уж что-что, а оставлять надолго школу без своего присмотра она не любила – а надолго начиналось с двадцати минут отсутствия. И самое интересное, что проблема не в том, что на школу могли напасть Пожиратели, а в том, что дети иногда было более неуправляемы… ну исключая тот факт, что непростительными не кидались.
Минерва выпрямилась и протянула руку Петунии, предлагая подняться с земли.
- Вставайте, Петуния. Попробуйте встать на ногу. Если вас ничего не беспокоит, двинемся дальше, если все-таки что-то смущает в щиколотке, то воспользуемся помощью еще одного заклинания.

Минерва говорила, а мыслями была уже в другом. Она пыталась сообразить, в какую сторону им идти. На ровном месте Хогвартс был виден издалека, но плотные кроны деревьев все скрывали, не давая никакой помощи. Неужели придется совсем неэлегантно забираться на дерево, чтобы хотя бы определить, в какой стороне школа и как далеко? И, конечно же, мисс Эванс не полезет на это самое дерево, даже будь у нее здоровая рука, Минерва сомневалась, что девушка с этим справится.
- Так как вы себя чувствуете, Петуния?
Минерва снова переключила внимание на девушку. Ей нужно было убедиться, а потом уже задирать юбки повыше, чтобы забраться на дерево. Ох и вечер, ничего не скажешь. Вот кому расскажи, что собирается делать заместитель директора Хогвартса…
Элфи бы это повеселило, конечно. Правда, до того момента, как он поймет, что речь опять зашла об Ордене Феникса.


Anestesio – обезболивающие заклинание.
[AVA]http://s4.uploads.ru/Rcw1v.png[/AVA]

Отредактировано Minerva McGonagall (03-07-2016 18:00:30)

+3

13

Петуния едва заметно вздрогнула и чуть было не отпрянула от прикосновения и направленной на ее ногу волшебной палочки. Ей было страшно, черт возьми, страшно. Обжегшись не раз, не два и не три, она боялась магии и не хотела ей доверять. С другой стороны, стоило признать: если бы МакГонагалл пришла не по просьбе ее сестры и действительно хотела убить, она уже давно бы это сделала; если бы она должна была ее похитить, давно бы уже оглушила, связала, заткнула рот или сделала еще что-то в том же духе. Она колдунья все-таки, ей проще с такими штуками. В общем, возможностей причинить вред МакГонагалл упустила уже столько, что впору было задуматься.
— О-о-о... — тихо выдохнула девушка, стараясь, чтобы лицо не вытянулось в удивлении. От щиколотки вверх разливался приятный холодок, скрадывающий тянущую боль. Это было по-своему странное чувство: смотреть на припухшую ногу, чувствовать в ней легкую одеревенелость, но не боль.
Петуния даже приняла предложенную ей руку — вынужденный белый флаг, по крайней мере, на время. Без помощи волшебницы она едва ли из этого леса выберется.
«Без ее "помощи" я бы сюда и не попала».
Поднявшись на ноги, Тунья осторожно перенесла вес на больную ногу, потерявшую чувствительность, — немного неловко, немного непривычно, но идти можно. Отряхнула юбку, поправила волосы насколько могла, подобрала упавшую во время падения сумку, отошла от Минервы на пару шагов, как будто стараясь найти ответ на ее вопрос — беспокоит ли щиколотка? — но на самом деле попыталась осмотреться. И пришла к очень занятному выводу: лес был одинаково темным, непроглядным и мрачным, в какую сторону ни посмотри.
«Что дальше? Злая ведьма и пряничный домик? Умереть, потерявшись в темном лесу, — всю жизнь мечтала».
Петуния старалась держаться от деревьев подальше, насколько это возможно в лесу — мало ли нападет еще кто. Ночной ветер шептался в древних кронах над их головами о чем-то своем, и Эванс-старшей было неуютно слышать этот шелест и чувствовать, как его отголоски невесомыми мазками касаются ее лица, ладоней и ног.
Красота в глазах смотрящего, каждый вид то, что готов увидеть... Сколько еще можно вспомнить словесных формул, описывающих простой закон отражения? Все вокруг казалось Петунии враждебным, потому что она не была готова увидеть волшебный мир другим. В каждом шорохе, в каждой дрогнувшей ветке кустарника или тени, скользнувшей по стволу под огоньком волшебной палочки, она видела угрозу именно ей, лишнее подтверждение тому, что магия ее ненавидит, —  но это было отражением ее собственного настроя, чем действительностью.
Она видела в магии враждебную стихию, опасную, как болезнь — проказа или чума, и не хотела мириться с ней. Хотела ее подчинить, как инструмент, но не хотела ее принимать, не хотела признавать в ней естественного течения, какое возникает в реках.
Тунья тряхнула головой, пытаясь сбросить обманчивое ощущение нависшей опасности и убедить себя в том, что больше никаким трусам Минерва ее в обиду не даст, и скрестила руки на груди.
— Лучше, спасибо. Идти я смогу, — вот только куда? Как будто... — ...вы знаете, в какую сторону нам нужно? — она старалась, чтобы в ее голосе не зазвучал скепсис. Честно старалась. Правда. — Где мы находимся? Вы сказали, что знаете.

Отредактировано Petunia Evans (07-07-2016 08:01:13)

+4

14

Нет, не знаю, в какую сторону идти…
Но не тот ответ надеялась получить мисс Эванс, само собой.
Минерва ни капли не переживала, что они не доберутся до Хогвартса. Запретный лес, конечно, не самое лучшее место для ночной прогулки, тут и днем-то лучше только по опушкам гулять. Но когда-то давно ведьма усвоила одну простую истину – страх притянет к тебе неприятности. Многие волшебные чувства чувствуют эмоции человека, страх же одно из самых сильных чувств. Как охотник чувствует, что жертва на последнем издыхании, так и хищник учует страх более слабого существа.
Бояться себе дороже.
Но и лгать Петунии Минерва не собиралась. Вообще не практиковала ложь для успокоения, а с взрослой девушкой, с довольно прагматичным складом ума, это вообще может плохо закончиться.
Правда и только правда.

- Мы находимся в Запретном лесу, у Хогвартса. Так что да, это я знаю. Осталось выяснить последний вопрос, в какой стороне находится школа. Я бы могла попробовать нас аппарировать к воротам, но боюсь повторения случившегося, - она повернулась в девушке, рассматривая ее в тусклом свете огонька на кончике палочки. – Подобное произошло со мной впервые, если честно, раньше я достигала своей цели и без проблем.

И все больше Минерва задумывалась, почему это произошло именно сейчас и в обществе мисс Эванс. Потому, что она маггл? Но магии без разницы на самом деле, какой багаж творец аппарационного заклятия. Должно быть все равно, хотя с уверенностью об этом МакГонагалл говорить не могла. Но пищу для размышления и обсуждения с Альбусом она получила, теперь осталось время найти. Вопрос не был срочным, но встал как-то остро, с чего барахлит магия у профессора трансфигурации. Такого не было уже лет пятнадцать.

Она сдержалась, так и не задав вопрос Петунии о том, не было ли рядом с ней каких-то странных случаев. Невольно подумалось, что подобное почему-то напомнило о детях, у которых начинается проявление магии, как правило, бесконтрольное и стихийное. Нормально явление, ведь дети не умеют управлять собственными способностями, пока о них сами не ведают. В таком случае их и правда могло выкинуть из перемещения, и слава Мерлину, что в лес, почти у дома, а не где-то там, фестрал знает где.
Но ведь мисс Эванс не ребенок. И она помнила…
Это ведь Минерва приходила к Эвансам, когда настала пора Лили отправляться в школу. Помнила ли об этом Петуния? К сожалению, сама профессор не была даже уверена, что видела тогда старшую из сестер, она ведь точно знала, что магия была лишь в рыжей девочке, иначе бы появилась на пороге Эвансов гораздо раньше.
И как такое может быть?

От вопросов начинало нещадно ломить виски, хотелось поскорее добраться до Хогвартса – ночная сырость пробралась под мантию, и Минерва начинала мерзнуть – выпить чашку чая, решить срочные вопросы и лечь спать. А вот утром, со свежей головой, подумать обо всем.
Хотя сон – это роскошь. Где-то там воевали ее дети, и уснуть она не сможет, пока не будет знать исход.
А если исход будет не тем, то уснуть она все равно не сможет.
И чай не решит проблем.

А теперь хватит мыслей, марш на дерево, чтобы посмотреть, в какую сторону идти.

Был, правда, вариант, сбегать кошкой в Хогвартс, вернуться за Петунией на метле, да вот боялась Минерва оставлять мисс Эванс в лесу. Не потому, что на нее покусяться, а потому, что она сама кого угодно перепугает к драклам своим боевым настроем.

Но Минерва даже не успела предупредить Петунию о том, чему она сейчас станет свидетельницей, как чуткий слух уловил слабое «мяу». Такое тонкое и жалобное, что ведьма даже вздрогнула, и сердце болезненно сжалось.
Но откуда кот в лесу? Если, конечно, ты не Минерва МакГонагалл.
Она взглянула на Петунию:
- Вы слышали? Жалобное мяуканье.
[AVA]http://s4.uploads.ru/Rcw1v.png[/AVA]

+3

15

«Ничего ты не знаешь, Джон Сноу» — съязвила бы Петуния, когда бы книга о безудержном веселье в семи вымышленных королевствах уже увидела свет да перед ней был ровесник, а не ведьма, которая на эту роль не тянула совсем.
В общем, в кои-то веки Эванс-старшая промолчала, хотя и сказать ей хотелось многое: от «ничего себе невелика проблема — выяснить в какой стороне находится Хогвартс» до «А почему лес называется Запретным?».
И в самом деле, почему? — взгляд Петунии был настороженно-вопрошающим, а потом враз панически расширился: ни за что! даже под страхом нового нападения она не согласится перемещаться так, как МакГонагалл пыталась сделать это сначала. С тем же успехом можно залезть мясорубку. Невольно девушка вздрогнула, вспомнив, как сдавила, скрутила ее неведомая сила, лишив возможности дышать и рассуждать здраво.
«Святые угодники! Она что, оправдывается?» — испуганный взгляд так же быстро сменило вытянутое от удивления лицо. Ни разу, значит, ну конечно. Все так говорят. Петуния поджала губы, но снова сдержалась и ничего не сказала.
Эванс было решила, что слабое мявканье ей послышалось. Ну откуда бы здесь взяться еще и кошкам? Только их тут не хватало. Но вопрос МакГонагалл рассеял эту надежду, как дым.
— И? — передернула плечами Петуния. — Даже если и слышала. Какая разница? Вы же не собираетесь...
Но Минерва уже решительно углублялась в чащу.
— Вы... Вы с ума сошли! — всплеснула руками Эванс и поспешила следом, стараясь наступать на поврежденную ногу как можно осторожнее. И все-таки один раз вышло как-то совсем неловко, прямо на корень — на долю мгновения Тунье показалось, что щиколотку вот-вот снова пронижет болью, но обезболивающая магия не подвела.
— Сдался вам этот дурацкий кот!
На судьбу четвероногого ей было наплевать. Вот честно. Лишь бы самой выбраться из леса к Хогвартсу и увидеться с Лили, все остальное неважно.
— Может быть, нас вообще... заманивают!
Чтобы узнать, так ли это, далеко идти не пришлось, а любопытство оказалось сильнее страха — Петуния вышла из-за спины Минервы и встала рядом, чтобы посмотреть на того, у кого хватило совести отнимать у них драгоценное время. Из-под куста сверкнули зеленью два глаза, а затем огонек волшебной палочки достаточно разогнал мрак, чтобы разглядеть крупного рыжего кота.
«Ну и хамская же морда, — сморщила нос девушка, — да еще и урод в придачу», — сплюснутый, как у перса, нос, непропорционально большие уши, выдранная шерсть на боку и неестественно поджатая лапа.
— Вы только поглядите на него, шерсть вываливается, — зашептала она своей спутнице. — Я думаю, он болен. Говорят, кошки иногда уходят умирать подальше от дома. Может, не будем ему мешать? — предложение Туньи утонуло в рассерженном шипении. Как-то сразу стало понятно, что умирать кот точно не собирался.
«Чушь какая. Глупое животное. Не может он понимать, что говорят люди».
Какое-то смутное чувство неожиданно подсказывало, что в последнем она ошиблась, — понимает и еще как, даже больше, чем ей хотелось бы. И это заставило ее отступить чуть назад. Так, на всякий случай.

+5

16

Драклова девица.
У Минервы уже терпение начинало медленно трещать, учитывая, что благоразумности у девушки не прибавилось ни капли. Тут уж никакого педагогического такта не хватит, а по правде говоря, Минерва МакГонагалл всегда и во всем, кроме некоторых вещей, была нетерпелива. Конечно, опыт работы и возраст сделали свое дело, и Минерва уже давно не поддавалась импульсивности, которой в ней всегда было в избытке, но Петуния Эванс будто специально испытывала все благоприобретенные таланты профессора.
- Да помолчите вы! – Шикнула, наконец, ведьма на спутницу, но даже не замедлила шаг, надеясь, что у той не хватит сил одновременно на быстрый шаг и болтовню.
А казалось, что девушка нашла в себе силы принять странности магического мира.
Тут можно было бы вспомнить о том, что Минерве, росшей во вполне обычном маггловском мире, все тоже было в новинку. В конце концов, мать, хоть и рассказала маленькой Минни о ее необычности, но стремилась впустить ее в мир волшебства до того момента, как пришла пора в школу собираться.
Вот только для таких воспоминаний было не время и не место.
- Вот сейчас и проверим, заманивают ли нас.
Засады МакГонагалл не опасалась. Запретный лес не для слабонервных, к тому же для засады нужно было знать, что тут кто-то будет. А уж вряд ли кто-то мог узнать о патронусе от Лили, о путешествии самой Минервы. Слишком сложная логическая цепочка, которая не прерывалась нигде никакими вмешательствами. Так что нет, засада – это вряд ли.
И интуиция не подвела ведьма. Это, действительно был рыжий кот. Вернее, не кот, низзл. Зеленые глаза отсвечивали в свете палочки, ободранность бросалась в глаза, и низзл явно был озлоблен и обижен. Но главное – как низзл оказался в Запретном лесу? Минерва даже замерла на несколько секунд в растерянности, удивленная такой встречей. Из состояние удивления ее вывело замечание мисс Эванс. В ответ девушка получила не только рассерженное шипение низзла, но и возмущенный взгляд Минервы, искренне обиженной таким предположением. Да что с этой девушкой не так?
- Ну ладно, я еще могу понять, почему вы обижены на магию, собственную сестру и любое проявление магии, - это если не думать о том, что Петуния так ведет себя со всеми, - но животные-то вам что сделали?
Минерва присела на корточки, положив палочку рядом и протянув руки к низзлу:
- Иди сюда, малыш.
Что-то в ее голосе, в движении – а может низзл просто чувствовал в ней анимагическую ее сущность – дало понять, что животному ничего не грозит. Хотя рыжик сначала принюхивался, присматривался, но все-таки подхромал к Минерве, позволяя ей взять его на колени.
- Как ты тут оказалось, чудо рыжее? И что с твоей лапкой?
Она оглаживала живность, лаская ушки, мордочку, шею, давая ему почувствовать ее желание помочь ему. Затем подняла глаза на стоящую в сторону Петунию:
- Это низзл, очень похожий на кошку зверь. – Ведьма заулыбалась: - Возможно, нам очень повезло с ним встретиться.
Была у низзлов помимо прочего одна особенность, которая и правда сейчас могла пригодиться им с Петунией. Вот только обмен должен быть честный – Минерва поможет рыжику, а рыжик – Минерве.
- Знаете, у вас с этим малышом есть нечто общее, у него тоже лапка повреждена. – Минерва потянула к себе палочку, воспользовавшись тем же самым заклинанием, которое применила к Петунии немногим ранее. А уж Поппи позаботиться об обеих жертвах своих приключений более прицельно. Затем, подумав, произнесла: - Immobulus. И на трех лапках ходит можно. Или мне тебя нести?

заклинания

Anestesio – обезболивающие заклинание.
Immobulus – наложение шины.

[AVA]http://s4.uploads.ru/Rcw1v.png[/AVA]

+2

17

Какая... беспечность!
У этих магов нет ника­кого понятия об остор­ожности. Сначала Мине­рва решила на собстве­нной шкуре проверить,­ не засада ли это — ну ладно себя не жа­лко, но ее, Петунию, ­с собой зачем тащить?­ Она ценный груз, меж­ду прочим. Вместе с т­ем Эванс-старшая не б­ыла уверена, что риск­нула бы остаться в эт­ом лесу в одиночестве­ хотя бы на минуту, д­аже если бы ведьма по­просила ее подождать.­ Возможной иронии в о­твете про засаду она ­не уловила, а тонкост­ей сообщения между не­й и Лили ей знать был­о неоткуда.
Теперь МакГонагалл во­рковала над этим кото­м, который и не кот в­овсе, а какой-то низз­л.
«­Господи, что за назва­ние-то такое?»­
Тунья по-прежнему нас­таивала, хотя и молча­, что сначала стоило ­бы проверить его на б­лох, глисты и болезни­, а причем тут может ­быть удача, она вообщ­е не понимала, зато б­ыла до глубины души в­озмущена недавним вып­адом ведьмы. Ох, ну надо же... Она­ может понять. Выраже­ние лица Эванс-старше­й красноречиво говори­ло все, что она думае­т о подобном понимани­и, но едва ли МакГона­галл, по-прежнему зан­ятая рыжим чудовищем,­ могла бы это заметит­ь.
У нее? Общего с этим ­голодранцем? Еще чего­. В ответ на примирит­ельные, казалось бы, ­слова Минервы, Петуни­я возмущенно фыркнула­ и скрестила руки на ­груди. Она молча набл­юдала за тем, как кот­ благодарно ластится ­к волшебнице и устраи­вается у нее на руках­ поудобнее, давая пон­ять, что пешком на трех лапах ­ходить — дело не царское; и ­беспокойно теребила р­емешок сумки, а потом­ вдруг выдала:
—­ Легко вам судить­. ­У вас ведь, наверное,­ все было как по масл­у. У вас не вскипала в­ода в руках, морожено­е не выпрыгивало прям­о на платье того, кто­ неприятен. Вам не пр­иходилось жить на пор­оховой бочке — никогда не знаешь, ­как в следующий раз м­агия даст о себе знат­ь. Не приходилось дум­ать о том, что в глаз­ах друзей вы окажетес­ь монстром, и они отв­ернутся от вас.
Горьким соком текут е­е слова, скопленные з­а столько лет из капе­ль желания, обиды, за­висти, страха. Петуни­я перевела дыхание и п­окачала головой. Наве­рное, ей стоило бы ос­тановиться, ведь тако­й разговор не для Зап­ретного леса, но все ­эти мысли, наконец пр­орвавшись на волю, бо­льше не желали плеска­ться внутри. 
— ­Но это половина беды.­ Вам никогда не бросал­и презрительного «маггл­», даже не объяснив, ­что это значит и чем ­ты, собственно, заслу­жил такое отношение. ­Снейп сразу дал понят­ь, что таким, как я, ­здесь не рады, и я всего лишь плач­у этому миру той же м­онетой, — твердо и гордо, без­ жалобы в голосе. ­—­ ­Мне кажется, у меня д­остаточно поводов счи­тать, что в магии нет­ ничего хорошего. Нор­мальным людям она тол­ько портит жизнь.
Петуния не задумывала­сь об этом ни разу, н­о почему-то ей сейчас­ показалось, что МакГ­онагалл не из тех, кт­о пришел в мир волшеб­ства только в одиннад­цать. В слабом свете,­ черноволосая, в непр­ивычной взгляду Туньи­ мантии и с рыжим кот­ом на коленях, она вы­глядела так, будто су­ществовала в нем всег­да.
Разглядывая Минерву, ­девушка невольно пере­хватила взгляд низзла­, в голове у нее что-­то легко защекотало, она набрала воздуха с­нова, чтобы продолжит­ь на той же волне, но неожиданно произне­сла совсем другое, хо­тя интонация осталась­ прежней:­
—­ Его зовут мистер Джи­вс, и нам в ту сторон­у, ­— она махнула рукой, ахнула и закрыла ладо­нью рот. Что чушь она сейчас с­казала? Почему она эт­о сказала?..

+4

18

Минерва слушала Петунию со смесью удивления и непонимания. Она ведь точно помнила, что магии в девочке не было ни капли! Она не могла ошибиться. Они все не могли ошибиться. Есть много разных способов отследить наличие магии, и в семье Эвансов подобным даром была наделена лишь одна Лили.
Но слова Петунии говорили об обратном, заставляя профессора хмуриться и теряться в догадках.
- На самом деле, то, что с вами происходит, Петуния, случается со всеми магами. Просто обычно магия проявляется в гораздо раннем возрасте, и очень разнообразно. У кого-то она делает это мягко и ненавязчиво, а у кого-то так же стихийно, как и у вас. В волшебных семьях к этому готовы, в маггловских же возникают проблемы. Но… - Минерва все никак не могла понять, почему так вышло, - у вас она проявилась так поздно, я просто… - не должна говорить, что чего-то не понимаешь, - удивлена. Тем более, вам лучше находиться в Хогвартсе, рядом с теми, кто сможет вам помочь обуздать ваши приобретенные способности.
Какой-то артефакт? Может, попал в руки Петунии, вот и вышло такое? Но как это определить? Артефактом могла оказаться любая, с виду очень неказистая вещь. Гадать так можно очень долго, но девочке нужна была помощь, учитывая, что такие вот стихийные вещи чреваты последствиями.
Зато понятно, почему они вылетели из трансгрессии, оказавшись в Запретном лесу. По крайней мере, объяснимо. Хотя восторга Минерве это не добавило.

Тяжесть низзла была приятной, правда, вынуждала спрятаться палочку, но профессор сохраняла надежду, что все-таки оставшуюся часть пути они обойдутся без приключений. Впрочем, смотря, что считать приключением. Вот старшей Эванс за глаза хватило бы магии, но она продолжала одаривать ее своими сюрпризами. Как, например, общением с низзлом. Минерва слабо улыбнулась, почесав рыжего под подбородком. Как кота ни назови, а все равно кот.  Вон как зажмурился от удовольствия. И Минерва его понимала! Сама любила устроиться кошкой на коленях Элфи, позволяя ему себя гладить. И мурчала очень громко.
- Приятно познакомиться, мистер Дживс. Я профессор МакГонагалл, а это мисс Эванс. – Представила ведьма коту себя и спутницу. И кивнула Петунии: - Пойдемте.

Минерва не была уверена, что Петуния жаждет говорить, но все-таки решила, что стоит продолжить начатый разговор, хоть как-то объяснить девушке, что магия не враждебна в большинстве своем. Надо вообще было объяснить Петунии, что такое магия. Но сначала…
- Волшебники ничем не отличаются от обычных людей. От вас, Петуния. Я не оправдываю мистер Снейпа, но так уж вышло, что магглы… люди боятся магии. Это нормально, бояться того, чего не понимаешь. Вернее, следует опасаться. В свое время волшебники пострадали от излишнего доверия, поплатились этим возникновением святой инквизиции и салемских костров. Гонения были повсюду, почти в каждой стране. Так что да, многие маги до сих пор предвзято относятся к магглам. И это не оскорбление, Петуния. Волшебный мир хочет обезопасить себя от внешнего воздействия, не рисковать своими жизнями, а просто наслаждаться. Ну а способностью смотреть на себе подобных, но в чем-то не похожих, с презрением обладают все, будь в тебе магия или нет ее. Вы имеете право обижаться на мистера Снейпа и тех, кто вас обидел не тем словом или взглядом, но попробуйте пересмотреть свое отношение к магии как таковой, вы ведь тоже предубеждены. А магия не стремится вас обидеть, Петуния. Ею просто нужно научиться пользоваться. Но залогом успеха будет не только прилежание, но желание и отсутствие страха. Подумайте о том, что от этого вам уже никуда не деться, и вы навсегда будете связаны с волшебным миром. Примите его, это отберет у вас меньше сил, чем сопротивление, которое выматывает.
[AVA]http://s4.uploads.ru/Rcw1v.png[/AVA]

+3

19

Безумный день, безумный мир и совершенно безумные люди. Полный строгого, педантичного порядка мир Петунии Эванс рушился на глазах, а у нее не было ни возможности, ни сил это остановить.

— I do not wish to get involved.
— You are involved.

Маги удивлялись самым обычным вещам и воспринимали спокойно то, чему удивиться бы стоило. МакГонагалл, например, как ни в чем не бывало представилась коту и ее представила, а потом просто пошла в тут сторону, которую указала Тунья. Это, ей-богу, не укладывалось в голове. Нормальный взрослый человек спросил бы, с чего она это взяла или не ударилась ли головой при падении. Ведьма же просто поверила на слово. На мгновение ей даже показалась забавным сморозить еще что-нибудь не менее дурацкое и свалить происхождение этих слов на кота, но тот — сомнений уже не осталось, — прекрасно все понимал и нашел бы способ дать понять, что это не его рыжих лап дело. От всех этих открытий голова шла кругом.
Она, так страстно желавшая стать частью волшебного мира, не была готова к тому, каким он является на самом деле, ко всей его абсурдности, нелогичности, ненормальности. Теперь быть одной из этих людей казалось ей немыслимым — старшую Эванс будто из совсем другого теста лепили, такого, которое дает 0+ очков к умению верить в разумных котов-телепатов и способности воспринимать чудеса как нечто обыденное.
Не оскорбление? Петуния подозрительно посмотрела на волшебницу. Если нет, то почему с губ Снейпа это слово слетало оно самое? Наверное, это стоило оставить на совести противного мальчишки из Паучьего тупика; Минерва, если задуматься, тоже использовала это слово, но ни разу в нем не прозвучало пренебрежения, она произносила его точно также, как обычные люди произносят слова вроде «англичане», «французы», «поляки».
Петуния с опаской поглядывала на низзла — не дай бог ему снова захочется влезть в ее голову, — и слушала Минерву, умом признавая ее правоту: что теперь упираться и кричать, что она хочет быть нормальной, когда в глубине души не хочет, конечно, когда волшебство нельзя вырвать из тела, как больной зуб. Девушке страшно, печально терять все, что у нее было, и в тоже время ее берет какое-то злое торжество: им придется взять ее в Хогвартс, хотят они того или нет.
— И как же научиться управлять магией? До сих пор она давала о себе знать, только когда я была рассержена или расстроена? Мне никогда не удавалось совершить волшебство нарочно, — она спрашивает нарочито прохладно, чтобы не выдать, как на самом деле ей не терпится узнать, на что она может быть способна, но горящий от любопытства и близости знакомства с будущими возможностями взгляд вполне мог бы ее выдать.
Петуния полна противоречий. Она хочет и ненавидит, радуется и боится. Чувство не то противоречия, не то упрямства мешает ей просто принять то, что магия в чистом ее виде не желает ей зла. С другой стороны, Тунья слишком долго повторяла себе, что магия опасна и ненормальна, чтобы теперь вдруг поверить в обратное.

+4

20

[indent] Наверное, глядя на Минерву МакГонагалл, трудно было представить, что она хорошо знает «нормальных людей». Но волшебница знала. Будучи дочерью пресвитерианского пастора, первые двенадцать лет своей жизни она провела среди магглов. Сокрытие истинной природы далось ей нелегко, и всё же шотландка никогда не питала презрения к людям вокруг. И едва ли кому-нибудь придёт в голову, что в какой-то момент эта женщина думала ради любви отказаться от магии.
[indent] Это всё уже в прошлом: пример матери был поучителен. Нет на свете печальней измены, чем измена себе самому*.

[indent] Какая ирония! Международный статут о секретности принёс Минерве больше страданий, нежели любому из Пожирателей смерти, тогда как за отмену его как раз последние только и ратовали. Волшебники ушли в подполье почти что четыре столетия назад, и недовольные этим считали, что хватит. Что же, ещё Салазар Слизерин выступал за неразглашение тайн магии тем, по чьим жилам струилась «грязная кровь».
[indent] И это чудовищно.

[indent] Потому что магглы и правда боялись — неизвестно, чем то могло кончиться, и ведь именно нечистокровные и страдали от этого больше других: детей, вынужденных подавлять свою магию, сводили в могилу Обскуры. В семьях волшебников с этим было куда проще. А Петунии, можно сказать, повезло — стала сквибом.
[indent] Неприятно, конечно, но жить она будет.

[indent] Возможно, им следовало обратить на мисс Эванс внимание раньше: появление магического дара у тех, кто был рождён магглами было плохо изучено, однако, высказывалось кем-то и то мнение, что волшебником не мог быть лишь один из детей. Это, впрочем, недоказуемо, да и что можно сделать, если способности не проявляются? В самом деле, не подвешивать же её из окна вверх тормашками было. Хотя, по всей видимости, это как раз и могло бы помочь. — Стихийная магия, — понимающе говорит профессор МакГонагалл, придерживая края мантии, чтобы те ни за что не цеплялись. — Ваши способности не спешили дать знать о себе, — ни упрёка, ни жалости в голосе. Это просто жестокая шутка судьбы. —Но, вообще, всё не так плохо, — ни к чему говорить про Обскури: Минерва не зря говорила, что от страха становится хуже. Всему было своё время, а чего-то и вовсе лучше не знать. — Мы придумаем, как с этим быть, не волнуйтесь, — волшебница не спешила вдаваться в детали. — Как я сказала, это обычно случается раньше, — и раньше намного: Лили, помнится, с самого детства могла контролировать магию. — Но и сейчас это не приговор, — лес постепенно редел — они приближаются к Хогвартсу, куда «маггл» указала дорогу, сумев понять низзла.
[indent] Не всё было ясно с Петунией Эванс вполне.
[indent] Говорить, пока рано, бесспорно, но, может статься, она и не сквиб?

+

* Николай Заболоцкий, «Облетают последние маки»

Отредактировано Minerva McGonagall (28-02-2017 13:19:44)

+2

21

— Почему? — требовательно спрашивает Петуния. Почему ее способности не давали знать о себе раньше? Почему все вышло так? Она смотрит на ведьму с затаенной обидой. Это было нечестно. Лили досталось все: восхищение родителей — в семье растет волшебница! тоже мне радость, — и волшебный мир; а Петунии — «это не приговор», и только-то. Вот же убожество.
Нет, магия точно ее ненавидит, что бы там МакГонагалл ни говорила. Иначе не дала бы о себе знать так поздно и так своенравно.
— А есть еще такие, как я?
Петуния и сама не знает, какой хочет услышать ответ. Остаться единственной в своем роде, живым упреком Альбусу Дамблдору за то, что тот отказался принять ее в школу когда-то и тем самым допустил большую ошибку. Непростительную. Или же знать, что все это в самом деле не приговор, что есть и другие — те, кому удалось справиться с этой проблемой. А значит, получится и у нее.
Она невольно сжимает-разжимает кулак, будто бы заклинание может распуститься цветком в ее опущенной ладони, но ничего, конечно же, не происходит, и Петуния, чтобы сбросить с себя это чувство, поправляет ремешок сумки на плече.
Ряд деревьев редеет, а потом расступается вовсе, чтобы старшая Эванс наконец могла увидеть в отдалении замок — он свернулся на скалах, как огромный дракон; и желтый свет в его башнях как отражение звездного света на чешуе.

http://38.media.tumblr.com/6e8d8a4ae2b72c43877eedeef6fa820a/tumblr_mw0i18Ku4W1rh1efko2_500.gif

— Скажи, это все правда? Ты не шутишь? Петунья говорит, что ты мне врешь и что никакого Хогвартса нет. Он правда есть?

В споре о существовании Хогвартса Петуния потерпела поражение давным-давно, в тот момент, когда Лили наконец получила свое треклятое письмо, и родители дали согласие сотруднику школы. Сколько бы Тунья не изводила сестру, придумывая все новые и новые колкости, та все равно каждый год садилась в Хогвартс-экспресс — других доказательств реальности школы чародейства и не было нужно. Но несмотря на все это Петуния, честно говоря, до сих пор по-настоящему не верила, что дурацкий волшебный Хогвартс действительно существует. Или, по крайней мере, представляет собой настоящий огромный замок — какие только на экскурсиях или в учебниках увидишь.
Впрочем, нет. Таких она точно не видела. Даже в учебниках.
Девушка останавливается и, опустившись на корточки, потирает лодыжку, — нога ничуть ее не беспокоит, ей просто хочется найти повод задержаться на опушке чуть дольше, но признаться в том, что все это из-за захватывающей дух картины... Лучше убейте.
— Так значит я буду учиться? Там, — она с сомнением смотрит на Минерву и указывает рукой на замок. Петунии происходящее кажется каким-то сном. С ней не могло такого случиться. С ней никогда не происходит чего-то действительно волшебного — все ведь досталось Лили, помните?
Да-да, все именно так, а потому Петуния сейчас проснется в своей постели, и окажется, что не было никаких людей в мантиях, ни письма Лили, ни этой безумной ночи, ни твари и кота в темному лесу, ни огромного замка на скале. Ничего.
Скорей бы уже проснуться: чем дольше она спит, тем сильнее будет разочарование потом. Тунья прихватывает ногтями кожу на тыльной стороне ладони, и ее захлестывает смятением и страхом — вдруг и правда проснется? На мгновение она прикрывает глаза, вдыхает глубоко, как перед прыжком в воду...

— Я не хочу туда! — отчеканила Петунья и вырвала руку — С чего ты взяла, что я хочу ехать в какой-то дурацкий замок и учиться на... на... Я не хочу быть уродкой!

...но Хогвартс по-прежнему стоит на месте и мерцает чешуйками-окнами — сон продолжается.

*

«Гарри Поттер и Дары Смерти»

Отредактировано Petunia Evans (02-03-2017 10:32:50)

+2

22

«Почему?»

[indent] Если бы только Минерва сама могла знать. — К сожалению, наверняка сказать сложно, мисс Эванс, — от волшебницы не укрылась обида Петунии, но разве, по правде, той было, кого винить? Она просто озлоблена, и понять это женщине легче, чем могло показаться на первый взгляд.
[indent] Только за весь мир волшебников ни оправдаться ни ей, ни другому кому-нибудь, а уж за несправедливость — тем более. — Пока остаётся только принять это, — МакГонагалл просто до боли знакомо то чувство бессилия в сражении с судьбою, и она не сказала бы, что победила: не проиграла — так будет вернее, и тема закрыта. Девушке ведьма могла бы напомнить, что это и близко не самое страшное, но кому тогда стало бы легче? Горечь корни пустила в сердце Петунии — за один разговор их никак не повыдергать.
[indent] Её дар — словно жизни пощёчина, а смирение теперь же — сродни оскорблению.

[indent] «Ничего, это бывает, это скоро пройдёт.
[indent] Это бывает. Это скоро пройдёт.»

«А есть еще такие, как я?»

[indent] Люди нередко из кожи вон лезут, чтоб доказать всему миру свою уникальность, но в какой-то момент становится важным напротив — ощутить, что они не одни. Понимание дороже становится, чем стремление быть «не как все».
[indent] Но что из этого нужно Петунии Эванс? Кто знает. Но Минерва, конечно, не станет ей лгать. — Иногда в семьях волшебников рождаются дети, у которых не проявились способности — сквибы, — вот они как раз — люди, которых магический мир отверг в самом деле. — В Хогвартсе есть такой человек. Должна, впрочем, признаться, не лучший пример, — да уж, школьный завхоз Аргус Филч вряд ли может считаться достойным образчиком: после общения с ним мнение у девушки сложится то ещё. — Мисс Эванс, в своё время стихийная магия доставила массу проблем очень многим, — профессор МакГонагалл вспомнила, как прикрывала набедокуривших братьев. — И вы сможете научиться её контролировать, — как бы то ни было, Петуния не стала обскуром, так что дело осталось, скорее, за малым.
[indent] Контроль. Это обычно проходят в одиннадцать, но раз так сложилось — нужно сейчас.

https://68.media.tumblr.com/175e39c2345bdfcb7c47cd1c46f2b323/tumblr_mtspzfsvde1rsmarto8_500.gif

[indent] Вдали показавшийся Хогвартс всегда завораживал, и хоть волшебник был чистокровным, хоть нет — он никогда не забывал, как впервые вошёл в двери этого замка. Когда Петуния остановилась, волшебница обернулась к ней всего на мгновение. Собиралась сначала спросить, что случилось, но потом поняла — девушку поразило представшее зрелище.

[indent] Профессор МакГонагалл тактично молчит: она жила в замке уже много лет — восхищение отчасти сменилось привычкою.

«Так значит я буду учиться? Там,»

[indent] Уже десять веков Хогвартс был радостным избавлением для всех, кто в детстве жил среди магглов. В том числе для Минервы, пускай в это не каждый поверит теперь: она выглядит точно так, как выглядят ведьмы, что нарисованы в маггловских книжках.
«В Хогвартсе тот, кто просит помощи, всегда получает её,» — в мыслях звучит голос Альбуса Дамблдора. Помощь Петунии Эванс нужна, несомненно, что не менее важно — ей можно помочь. Заранее чересчур обнадёживать, правда, не стоит. — Мы с Вами посмотрим, как будет лучше, — дипломатично ответила женщина. — Для начала, нужно кое-что выяснить, — пока ведьма не могла обещать, что посадит мисс Эванс в один класс с детьми.
[indent] И пока даже не думала, будет ли это хорошей идеей.

Отредактировано Minerva McGonagall (17-04-2017 12:57:30)

+3

23

Очарование волшебного замка оказывается хрупким — тает стремительно, как снежинка, познавшая тепло человеческих рук. Еще несколько мгновений назад завороженная увиденным, Петуния быстро возвращается к волшебным и вместе с тем совершенно реальным проблемам: ответы ведьмы не приносят ей удовлетворения.
Петуния Эванс всегда любила жизнь четкую, строго по плану и без неприятных сюрпризов, а потому теперь ей хочется хотя бы какой-то определенности, но… «Наверняка сказать сложно», «пока остается только принять это». Опять двадцать пять.
«Вы вообще хоть что-нибудь знаете?» — с досадой вздыхает она и следит, как тает в воздухе облачко, сорвавшееся с ее губ, ежится от ночной прохлады, прячет ладони в рукавах куртки и думает о том, что красота ночного Хогвартса — это, бесспорно, стоит бессонных часов, но до замка им стоит добраться все-таки поскорее. Холодно. Собираясь в путешествие, она не рассчитывала, что придется таскаться по лесу после заката.
О сквибах старшая Эванс слушает внимательно — удивительно, что в Хогвартсе есть такой человек. Разве не должны были выкинуть его за борт волшебного мира? Разве место ему в этой лодке для чокнутых? Этот мир ей совсем чужой, незнакомый, и все, что когда-либо она знала о нем, заставляет ее верить, что неспособным к волшебству здесь не рады.
В ответ только, фыркнув, Тунья вздергивает подбородок: конечно же, она справится, пусть кто-нибудь попробует усомниться в этом. Лили, может быть и хороша, но она станет великой волшебницей и всем им покажет, иначе и быть не может.
Впрочем, на самом деле девушка и вполовину не настолько уверена в себе, как старается показать. Вступать в новый, некогда отвергнувший ее мир было по-своему страшно, по-своему волнительно, и страшнее всего в нем была неведомая сила, которая текла в ее крови также, как и в крови Лили, — сила, с которой Петуния не могла совладать, и за последние полчаса так и не получила ни одного более менее конкретного ответа, что с этим делать. Как подчиняют магию? МакГонагалл не говорит. Это настораживает Петунию и раздражает.
Чуть прищурившись, девушка оборачивает лицо к волшебнице и с подозрением спрашивает:
— Выяснить что?
Неужели так сложно ответить хоть на один вопрос прямо? Не хочет раскрывать тайн волшебства — ну и ладно, Петуния сама как-нибудь обойдется. Обходилась ведь столько лет без этого вашего Хогвартса. Ей кажется, что все необходимое и так уже понятно. Она волшебница, и нечего тут выяснять.
— И человек, о котором вы говорили: если его способности не проявились, то что он делает здесь? Или это случилось позже? — как с ней самой. На лице Петунии непонимание: разве не должен он был возненавидеть всех вокруг, когда живет с волшебством бок о бок, но бессилен сам им воспользоваться? Как он вообще сюда попал?
Если он такой же, как она — волшебник, чья магия проспала свое время, — им обязательно нужно увидеться, может быть, он сможет сказать ей что-то более полезное, чем общие фразы, научить ее жить с этой чумой. Если же нет, то ей с ним не о чем говорить.

+1

24

[indent] Пусть Минерва и рада была рассказать Петунии Эванс, что с той творится, сделать это сейчас не могла. Но хороших преподавателей не злят вопросы, на которые сложно ответить: не незнание страшно само по себе ведь, а нежелание что-то узнать. Разочарование девушки почти осязаемо, но что лучше — ей сказки рассказывать?
[indent] Нет уж: профессор МакГонагалл хорошо — даже слишком — представляла опасность иллюзий. И лучше всего сейчас просто набраться терпения, ведь вряд ли мисс Эванс куда собирается. Во всяком случае, с её стороны то было бы весьма неосмотрительно.
[indent] Терпения ей, очевидно, не хватает, и удивляться здесь, в общем-то, нечему. — Выяснить больше о Ваших способностях, их природе и силе, — женщина определённо не припоминала других случаев, чтоб у сквиба случился такой выброс магии. — Тогда мы поймём, как Вас научить контролировать магию, — волшебница не знала наверняка, выберет ли Петунию Эванс волшебная палочка, но исключать это всё же нельзя.
[indent] Как и, впрочем, загадывать. От волшебницы не укрылось, конечно, что девушка сильно обижена на весь магический мир, и эта обида словно острые когти вонзала ей в душу. Ни к чему понапрасну её волновать: без того настрадалась, прожив многие годы в одном доме с волшебницей. Если кто другой мог сомневаться, что Петуния Лили завидовала, то профессор МакГонагалл была практически в этом уверена. Минерва хорошо помнит, как было с её матерью, и такого не пожелала бы даже врагу.
[indent] Хотя, возможно, сейчас это зависит от врага.

[indent] Способности. У Аргуса Филча. Способности. Будучи деканом Гриффиндора, который вот только закончили Поттер и его компания, женщина общалась со школьным завхозом намного чаще, чем ей бы хотелось. А хотелось бы ей не общаться совсем, потому как человеком приятным его не могло сделать, пожалуй, ничто. Но волшебница же не скажет мисс Эванс, что способность у того человека одна — раздражать. — Насколько мне известно, его способности действительно не проявились. Но, времена, когда волшебные семьи отрекались от сквибов, давно, к счастью, прошли. Он работает школьным завхозом, — и у него, к слову, есть низзл. Миссис Норрис, может, и выглядела, как совершенно обычная кошка, но профессор МакГонагалл знала в них толк. — Произошедшее с Вами похоже на чудо, мисс Эванс, — конечно, в голосе женщины ни благоговения, ни восторга не слышится, но и бесцветным его не назвать. — Но мы с ним разберёмся, я Вам обещаю, — Минерва не бросала слов на ветер, и сейчас говорила совершенно серьёхно и искренне.
[indent] Между тем, двери замка всё ближе. Хогвартс был самым безопасным местом в Британии, и сейчас здесь жило немало людей, что здесь не учились. И Петуния Эванс останется: Лили состоит в Ордене Феникса, а значит, сестра в перманентной опасности. Сегодня Пожирателям Смерти она не досталась, но это не значит, что они навсегда отступили.
[indent] — Добро пожаловать в Хогвартс, мисс Эванс, — одной рукой открыв дверь вовнутрь, Минерва кивнула девушке, чтобы та проходила. В этом замке ей ничто не грозит.
[indent] А может, здесь она сможет найти, что искала.

«Если не спросишь — никогда не узнаешь,
Если знаешь — нужно лишь спросить.*»

+

* Слова Серой Дамы из второй части фильма «Гарри Поттер и Дары смерти»

Отредактировано Minerva McGonagall (17-04-2017 22:14:05)

+2